Онлайн книга «Лихоморье. Vivens lux»
|
— С-стервец-с-с… – Мортем вновь зашипел, рукав его хламиды взметнулся, провисая посередине, из его недр выплеснулось что-то черное и, разбрызгавшись, запятнало лед у ног Вольги грязными кляксами. Парень запрокинул голову и расхохотался, а потом спросил с издевкой: — И это все, на что ты способен? Да я уничтожу тебя одним выстрелом! — С-смеш-шно… – Внутри капюшона глухо заклокотало. – В тебе – моя с-с-сила. — Во мне моя сила, которую ты отравил! – возразил Вольга, вскидывая подбородок. – И я пришел сразить тебя твоим же ядом! — С-с-стреляй!.. – Мортем поднялся на ноги, если таковые, конечно, у него имелись, и распахнул полы своей хламиды. Внутри было пусто. То есть, совсем. Даже задняя часть хламиды, которая была видна снаружи, внутри отсутствовала. «Вот она, черная бездна!» – ужаснулась Виола. Вольга сделал бросок рукой. С пальцев сорвалась черная молния, влетела внутрь хламиды и исчезла. Мортем, состоящий, как выяснилось, из хламиды и пустоты, слегка покачивался из стороны в сторону, но точно так же он вел себя и до выстрела. Казалось, что удар молнией не нанес ему никакого ущерба. Зато Вольга вдруг захрипел, упал на колени и уперся руками в пол. Черные кляксы на льду зашевелились и, точно пауки, проворно взбежали вверх по рукавам рубашки. Наверное, они кусались, потому что Вольга отчаянно захлопал себя по телу, и на белоснежной ткани проступили черные пятна, словно места укусов на нем сочились черной кровью. — Что ты сделал?! – закричал он, поднимая лицо, перекошенное от боли. — Ты с-сам вс-се с-сделал! – рассмеялся Мортем, на этот раз гораздо увереннее, чем раньше. – Ведь ты – это я! Отдельно тебя больше нет. Вольгу била крупная дрожь. Черной жижи, похожей на кровь, вокруг него натекла целая лужа, тонкие извилистые ручейки бежали из нее в сторону Мортема. — Кыс-кыс-кыс! – позвал Мортем, явно забавляясь, и ручейки ускорились. Тело Вольги таяло со скоростью мороженого, вынесенного на солнцепек, постепенно превращаясь в эту жижу непонятной природы. Рубашка провисла на спине, и на ней не осталось ни единого светлого пятнышка, брюки сдулись, ботинки слетели с ног, а ноги тоже почернели и теряли форму, расплываясь прямо на глазах. Как только первый ручеек достиг края хламиды Мортема, вся лужа в мгновение ока хлынула за ним вдогонку и с чавкающим звуком впиталась в ткань, оставив на льду лишь большое грязное пятно, на краю которого валялась одежда Вольги. В наступившей тишине раздалось постукивание: Осдемониум проковылял к месту происшествия, орудуя мечом, как тростью. Остановившись возле пятна, он, кряхтя, согнулся и поскреб потемневший лед острым кривым ногтем: — Чудеса-а-а… Божена вышла из ступора и заохала: — Мортем! Как красиво ты его сделал! Она подхватила рукава хламиды, уже не казавшиеся пустыми, – под ними явно угадывались мускулистые руки – положила их к себе на плечи и закружилась в танце с демоном. У Виолы от отчаяния подкосились ноги. Она села на лед и обхватила руками гудящую голову, пытаясь осмыслить увиденное. Что это было? Неужели Вольга погиб? А Божена-то как рада, так бы и расцеловала этого Мортема, если бы у него нашлось место для поцелуя! Раззадорившаяся Блаватская действительно висла на шее у окрепшего Мортема и радостно голосила на весь Лунный чертог: |