Книга Грязелечебница «Чаша Аждаи», страница 98 – Полина Луговцова

Оказавшись на галерее второго этажа, они свернули влево, к другому лестничному пролету, более узкому и почти вертикальному. Подниматься по такой лестнице было и впрямь очень сложно, приходилось держаться обеими руками за перила, чтобы не потерять равновесие.

Лестница примыкала к небольшой площадке с одной-единственной дверью, на которую Тияна с первого дня приезда посматривала с любопытством. Она никогда не видела, чтобы кто-то входил в эту дверь или выходил из нее – впрочем, то же самое можно было сказать и о других дверях в этом здании. Складывалось впечатление, что тут либо вообще никого, кроме Тияны и горничных, не было, либо в администрации грязелечебницы работали люди-невидимки.

Приложив ключ-карту к считывающему устройству под дверной ручкой, Горан толкнул дверь, и Тияна, стоявшая на верхней ступеньке лестницы, едва не скатилась вниз, ослепленная обилием света, хлынувшего из дверного проема.

Солнечные лучи, проникавшие сквозь высокие стрельчатые окна, насквозь пронизывали небольшое помещение, скрещиваясь над просторным офисным столом, отгороженным от окон П-образной ширмой. На столе по всему периметру теснились мониторы с изображением различных локаций грязелечебницы. Человек, сидевший за столом спиной к вошедшим, вздрогнул и обернулся. Сверкнули на солнце темные стекла огромных очков.

«Очкарик, который за всеми следит!» – поняла Тияна. Еще до того, как Горан открыл дверь в башню, она уже догадалась, что охранник Душан и есть Очкарик, но все равно удивилась: не таким она его себе представляла. Слово «очкарик» вызывало у нее ассоциацию с кем-то тщедушным, мелким и бледным, – по крайней мере, в школе и в вузе «очкариками» называли только тех, кто подходил под такое описание, а к рослым и плечистым парням, носившим очки, это прозвище странным образом не приклеивалось.

Душан выглядел серьезным и напыщенным, как директор крупной фирмы или как высокопоставленный чиновник, который привык распоряжаться чужим хозяйством и людскими судьбами. Кому придет в голову назвать такого человека «очкариком»? Разве что тому, кто его в глаза не видел, но откуда-то знает о наличии у него очков.

Внушительные габариты Душана вызвали в воображении Тияны образ слона в посудной лавке. Казалось, сделай он одно неверное движение, и помещение наполнится дождем из осколков от разбитых окон и мониторов: слишком много стекла было вокруг для такого большого человека.

Душан протянул Горану руку, кивнул Тияне и Петре, затем на удивление проворно для его комплекции повернулся к столу и ткнул в одну из многочисленных кнопок на панели, занимавшей большую часть столешницы. Все экраны тотчас погасли, но прежде чем это произошло, Тияне показалось, что на одном из мониторов она заметила Эллу, лежащую на кушетке в комнате, похожей на процедурный кабинет.

Горан попросил Душана рассказать о работе систем безопасности «новой хозяйке» – так он представил Тияну несмотря на то, что она еще не давала согласия ею стать.

— Она очень удивилась, когда узнала, что ты в одиночку управляешься с охраной всего курорта, – добавил он в довершение.

Тияна поежилась, чувствуя, что Душан буквально сканирует ее взглядом, хотя и не видела его глаз, скрытых за непроницаемыми стеклами очков.

— Чему тут удивляться? Двадцать первый век, все на автоматике, – неохотно ответил Душан, после неприлично длинной паузы, когда уже Тияна решила, что он собирается выставить всех непрошеных гостей за дверь.