Книга Тролльхол, страница 2 – Полина Луговцова

— Ну и ладно. Зато денег заработаю. Не поверишь, сколько он предложил мне за картину с его домом. С моими скромными запросами этого хватит года на два сытой жизни. Уволюсь из фастфуда и буду заниматься только живописью. Может быть, это позволит мне достичь новых вершин в творчестве.

Кира презрительно фыркнула:

— Все еще мечтаешь стать великой художницей? Наивная!

— Не великой, но хотя бы востребованной. Хочу зарабатывать на жизнь любимым делом и не тратить время на добычу денег другими способами.

— Могла бы сделать карьеру дизайнера в престижной фирме! Тебе ли не знать, что творчеством зарабатывают лишь единицы, и одного таланта для этого недостаточно, нужны еще и связи в определенных кругах… Даже самым одаренным редко удается пробиться без этих связей.

— Ну почему… Ведь Юхан выбрал меня из множества других художников. Именно мои картины пришлись ему по душе.

— Ну, еще бы он тебя не выбрал! Ты ж натуральная красотка! Таких сейчас днем с огнем не сыщешь, на этом карнавале фитоняшек, силиконовых богинь и всяких фриков. Разве что в глуши какой-нибудь, но кому нужна деревенская дура? Всем подавай утонченных и образованных. Ты как раз подходишь.

— Он предпочитает мужчин. — Рин не собиралась этого говорить, но слова вырвались сами собой.

— Ого! Он сам так сказал? Вы даже такое обсуждали?! — Кира схватилась руками за голову и снова взъерошила свой малиново-фиолетовый ежик. — Обычно в деловых беседах подобные темы не затрагиваются. Или он — конкретный псих, может, даже маньяк, или ты мне чего-то недоговариваешь.

— Он сказал, что ему было бы проще иметь дело с художником-мужчиной, но мой стиль ему очень понравился. Увидев мои работы, он подумал, что они выполнены признанным мастером, и никак не ожидал обнаружить в лице автора меня, безвестную малевальщицу.

— Он назвал тебя малевальшицей?! — Кира раскрыла рот и шутливо приподняла рукой отвисшую челюсть.

— Нет, конечно! — Рин рассмеялась. — Он хвалил мои картины.

— Цену должен набивать продавец, а не покупатель. Какая ему с этого выгода? Значит, заманивает! — Кира запальчиво потрясла руками перед лицом Рин, будто на этот раз хотела добраться до ее волос.

Милая заботливая Кира… Вспоминая о ней, Рин чувствует нежность и умиление. Подруга так искренне и трогательно за нее волновалась! Даже в аэропорту не оставляла попыток ее отговорить.

Но Рин все-таки улетела. Теперь она стоит на одном из островов огромного архипелага, смотрит на большой и красивый, но совершенно чужой дом, и отчаянно хочет поскорее вернуться назад, несмотря на то, что хозяин этого дома показался ей на редкость привлекательным мужчиной во время их общения по видео.

Юхан Лофгрен напоминал ей любимого актера Мэла Гибсона в молодости: крупные черты лица, породистый прямой нос с широкими крыльями, высокий лоб, массивный подбородок и такие же небесно-голубые глаза с пронзительным взглядом. Разве что волосы у Юхана были гораздо светлее, белесого скандинавского оттенка. Он носил их гладко зачесанными назад, собирая в пучок на коротко стриженом затылке. Правда, для полного сходства с Мэлом Юхану не хватало лучезарной улыбки: за несколько сеансов общения с Рин он ни разу не улыбнулся, сохраняя серьёзность и официальный тон, будто проходил кастинг в дикторы новостного канала. Рин приписала эту сдержанность к особенностям северного темперамента и окрестила его про себя «Мистер Айсберг», догадываясь, что истинное «Я» Юхана было надежно скрыто в непроницаемых глубинах его скандинавской души, и на виду, подобно верхушке айсберга, оставалась лишь скромная часть.