Книга Шиша. Изгоняющие бесов, страница 146 – Полина Луговцова

— Ну а ты разве не находилась в таком же состоянии? – Илья удивленно вскинул брови. – Ты же листала ее все время, пока мы со Стасом и Диной держали шкаф.

— Находилась, и даже прочитала несколько отдельных слов. Но у тебя лучше получилось, потому что… ну, может, у тебя сработал инстинкт защитника, ты же мужчина и, наверное, думал не только о себе, но и о том, как всех нас защитить.

— В общем-то, ты права, – согласился Илья.

— А ну-ка дай я еще попробую! – Роман взял книгу и раскрыл ее наугад. Нахмурился и скривился. – Ерунда какая-то! Ничего здесь понять невозможно! Илья, ты притворяешься!

— Ну из тринадцати человек я бесов изгнал, и Шишу в мертвый мир отослал, чтобы больше не вернулась.

— Ну-ну… – Роман пролистнул несколько страниц, толстых и желтых, будто сделанных не из бумаги, а из кожи какого-то животного. Вдруг его взгляд стал сосредоточенным. Он склонился над книгой так низко, что едва не уткнулся в нее носом: – Ого! Гляньте-ка! Вы тоже это видите? Здесь написано: «Заклинание на толкование языков, человеческих, звериных и птичьих».

Все поочередно посмотрели в книгу, но только Илья подтвердил, что там написано именно это.

— Ну вот! – Роман азартно хлопнул в ладоши. – Я же говорил, что у меня колдовской дар! Сейчас я это прочту и… и наконец-то побеседую с Громом!

Крабироссо димаранэ лирамирра бикабассо…

Заклинание сработало. Роман действительно смог понять то, что, как выяснилось, давно хотел сказать Гром, вернее, не он сам, а человеческая душа, которая обрела пристанище в собачьем теле. И слова эти были адресованы Лукерье.

— Тут такое дело… Похоже, в моем псе сидит душа твоего дедушки Ерофея! – Роман ошеломленно смотрел то на Лукерью, то на Грома.

— Ой! – Лукерья прижала руки к груди и с благоговением взглянула на пса. Тот уткнулся носом в ее колени, и она погладила его по голове. По ее щекам заструились слезы, а глаза засияли радостью.

— Так вот откуда он знал про то, что в шкафу деда Гриши спрятан «Кудесник»! – Под наплывом эмоций Роман даже вскочил со стула, опрокинув его. – Дело-то вон как было: душа деда Ерофея после смерти вначале переселилась в кречета, который мимо пролетал, а уж потом, когда мы с Ильей в Дивноречье приехали, в Грома нашего перешла – чтобы к нам поближе быть и нашими руками с бесовским злом сладить. Дед и при жизни умел по чужим телам путешествовать, а уж после смерти и подавно деваться некуда было, да за внучкой хотел присмотреть, а еще дело неоконченное ему покоя не давало. В общем, будучи кречетом, он всегда держался неподалеку от дома, где жила Лукерья, и однажды увидел, как тетя Лукерьи все собрание колдовских книг на свалку унесла, а потом заметил, что дед Гриша прибрал одну книгу себе, как раз этот «Кудесник»! Остальные книги дождем и ветром уничтожило, но… что? Кажется, дед Ерофей сообщает, что есть еще такие же книги. Они здесь, в этом доме. Что? Прямо под нами? Это как?

— Купеческая гостиная в цоколе! – воскликнула Аглая, тоже вскакивая.

За нею поднялась и Лукерья, зареванная и счастливая.

— Но там нет никаких книг, я же искала… – пробормотала она.

— А Гром… то есть дед Ерофей… говорит, что есть, – возразил Роман.

— Пойдемте посмотрим! – Аглая вышла из кухни и направилась к лестнице, ведущей вниз.

Оказавшись в гостиной на цокольном этаже, она вдруг вспомнила, как в первую ночь с момента приезда нашла здесь пуговицу и позже выяснила, что та принадлежала Лукерье. Деревянный «костылек» все еще лежал в заднем кармане джинсов, она нащупала его и вынула: пора было вернуть пропажу владелице.