Книга Тени Грейфолла 2, страница 118 – Алекс Кош

— Не побегу.

— Это не предложение.

— Я знаю, — ровно отозвался дознаватель, поднимаясь у стены и перезаряжая револьвер. Пальцы у него дрожали, два патрона упали на пол, и подбирать он их не стал. — Офицер секуритате никогда не показывает противнику спину.

Эти слова прозвучали глупо, но явно были сказаны искренне, и от этого Себастиан разозлился еще сильнее.

— Тогда держитесь у стены и стреляйте ему в глаза, когда представится возможность.

— Сделаю.

«Десять».

Ждать было нельзя. Себастиан бросился вперед, нырнул под удар, поймал тварь за костяной клинок голыми руками и повернулся всем телом, вкладывая в рывок и вес, и заемную силу. Кость хрустнула у самого основания и обломилась, и вместе с ней ладони Себастиана располосовало до мяса: рукоять кинжала стала скользкой от собственной крови, и держать ее теперь приходилось, стиснув зубы.

Вивисектор закричал.

Крик вышел жутким, потому что горло у него оставалось наполовину человеческим, и в вое отчетливо звучал мужской голос. Мендель предупреждал и об этом: кость живая, растет медленно, и потерять ее для жнеца все равно что человеку лишиться руки.

Тварь отпрыгнула к дальней стене, прижала обрубок к груди и уставилась на людей. Впервые на этом лице проступило человеческое выражение, и это был страх.

«Пять».

Вивисектор ждал. Он сидел на корточках у ниши с отрубленными человеческими руками в банке, покачивался, но не нападал, и Себастиан вдруг понял, что тварь пытается отдышаться. Тяжело, со свистом, длинными трубчатыми вдохами, от которых поднимались и опадали худые бока.

Себастиан воспользовался заминкой, осторожным движением поднял выбитый револьвер, вложил в него новую экстренную шестёрку зарядов и сразу открыл огонь, не дав Вивисектору передохнуть. Первый выстрел попал твари в плечо. Патрон с кровью морозного червя разошелся по его коже синим инеем, и Вивисектор с шипением отдернулся к стене. Холод сработал — плоть пошла трещинами при первом движении и часть плеча упала на землю, расколовшись на части. Вторая пуля вошла в бедро, нога окаменела от колена вниз, тяжелая и серая, и тварь потащила ее за собой, оставляя на утоптанном полу глубокую борозду. Огненный патрон прожег в груди дыру с обугленными краями, сквозь которую в свете фонаря виднелась стена, и по пещере поплыл запах паленого мяса. Кислотная пуля попала в лицо, и половина щеки оплыла, как воск, а из двух осмысленных глаз остался лишь один, две другие пули уже были не так важны, но тоже внесли свою лепту. Удивительно, но даже при таких повреждениях Вивисектор всё ещё стоял на единственной оставшейся ноге и не падал.

«Всегда добивай противников», — заботливо напомнил Каэлар.

Но Себастиан и сам уже перезаряжал револьвер, закидывая последний, третий блок экстренных патронов. И сделал это очень вовремя, потому что плоть на Вивисекторе начала восстанавливаться сама собой, вытесняя пострадавшие части тела и заменяя новыми. Серые бугры вспухали и шевелились, будто под кожей ходили черви, окаменевшая нога отвалилась целиком, и из культи выдавилась другая, влажная и розовая, а из обломанного предплечья с сухим треском, каким ломают хворост, выдвинулась свежая кость, белая, как зуб.

«Ноль», — услужливо сообщил древний о завершении действия своей силы.