Книга Тени Грейфолла 2, страница 42 – Алекс Кош

— Дальше, — попросил он.

Ирен взяла неудачный образец из банки.

— А дальше становится хуже. Вы назвали это сращенным предплечьем человека и твари. На самом деле там три типа тканей.

— Человек, тварь и эльф?

— Человек и две разные ткани тварей. Но на границе швов снова есть эльфийский компонент, но уже не кровь, а частицы кожи.

Она пододвинула стекло ближе.

— Причем именно на границе. Не внутри мышц, не в костях, не в крови человека. Только там, где одну ткань заставляли прижиться к другой.

— Связующее?

— Возможно. Пока я бы так громко не заявляла, но выглядит именно так. Кто-то использовал эльфийский материал, чтобы уменьшить отторжение.

Себастиан несколько раз обращался к Каэлару, чтобы тот как-то прокомментировал находки доктор Хольт, но тот как-то подозрительно отмалчивался, хотя обычно готовы был вставить своё веское слово по любой теме.

— И для этого же использовалась и их кровь, — логично предположил он, так и не дождавшись ответа от древнего.

— Скорее всего.

Ирен указала на тонкую дырочку в предплечье внутри банки.

— А ещё вот сюда кололи обезболивающее.

— Уверены?

— Эта жидкость сохраняет ткани ровно в том состоянии, в каком их туда положили. Внутри места укола остались следы обезбола.

Себастиан медленно посмотрел на банку с уродливым сращенным предплечьем.

— Значит, людей обезболивали во время опытов.

— Именно.

— Заботливые ублюдки.

Ирен поморщилась.

— Не думаю, что дело в заботе. Боль вызывает шок, шок ухудшает кровообращение, ткани начинают отмирать. Если ваша задача заключается в том, чтобы объект выжил после операции, обезболивание становится не проявлением человечности, а частью технологии.

Она сняла очки и потерла переносицу.

— И вот это мне не нравится больше всего. Там работал не сумасшедший мясник, который пришивает человеку лапы ради удовольствия, а люди, понимающие хирургию, алхимию и приживаемость тканей. Они хотели получать повторяемый результат, подтверждённый чёткой теорией.

Себастиан вспомнил идеально чистый сток операционной, ряды одинаковых контейнеров и свежие следы колес во дворе.

— А когда понадобилось уйти, выжгли лабораторию составом, предназначенным для уничтожения зараженного материала.

— Именно так. — Ирен снова посмотрела на образцы. — Мне понадобится время. Я попробую найти эталонные образцы эльфийской крови. У нас почти наверняка есть старые образцы, но придется перерыть хранилище.

— Сколько?

Ирен хотела ответить, но вместо этого неожиданно зевнула и недовольно прикрыла рот ладонью.

— После того, как посплю.

— Разумно.

— Чего и вам советую. Вы ведь тоже не ложились с самой осады?

— Разумеется, — серьезно согласился Себастиан. — Сон очень важен. Дает отдохнуть телу и, что еще важнее, мозгу…

Если, конечно, твой мозг не восстанавливает от пагубных последствий десятилетней бессонницы сидящий внутри тебя одушевленный артефакт древних.

Ирен прищурилась на него сонными глазами.

— Почему мне кажется, что вы сейчас надо мной издеваетесь?

— Усталость, доктор. Вам правда нужно поспать.

— Справедливо.

Она уже повернулась к двери, но на секунду остановилась.

— Приходите после обеда, лер де Грейв. И принесите кофе.

— Это приглашение?

Ирен махнула рукой, даже не оборачиваясь.

— Цена моих услуг. Я так-то трачу на вас уйму времени, как минимум, вы обязаны угостить даму кофе.