Книга Тени Грейфолла 2, страница 46 – Алекс Кош

Северная застава почти не пострадала от тварей, уведённых таинственным кукловодом к южной части стены. Ворота были открыты, обозы медленно тянулись наружу, а возле досмотрового навеса какой-то возчик с искренним вдохновением объяснял стражнику, куда именно тот может засунуть список разрешенных товаров. Караулка стояла у самой стены: приземистая, закопченная, с двумя узкими окнами. Внутри пахло щами, ружейным маслом и той особенной казенной скукой, которая возникает в местах, где десятилетиями ничего интересного не происходит, но обо всем обязательно ведется подробная отчетность.

Дежурный десятник выслушал Себастиана, посмотрел на знак Ордена и тяжело вздохнул.

— Так какой год вам нужен, лер?

Себастиан назвал дату.

— Повезло вам. Еще пара недель, и нужная книга отправилась бы на розжиг. Мы храним журналы ровно десять лет.

— А говорят, мне не везет, — хмыкнул Себастиан. — Вот оно — везение.

Худощавый мужчина в потёртой форме посмотрел на него как на сумасшедшего.

— Если чтение старых караульных книг считается удачей, у нас с вами очень разные требования к жизни.

— О, вы даже не представляете.

Десятник пожал плечами и полез в шкаф. Через минуту на стол лег толстый кожаный том, распухший от сырости.

— Крыша иногда подтекает, — виновато пояснил караульный.

Нужная страница нашлась быстро. Ровные столбцы с чуть поплывшими надписями содержали время, количество людей и повозок, а также краткое основание для проезда. За ночь через ворота прошло одиннадцать групп, что для такого времени было довольно много.

Запись о семье де Грейвов Себастиан нашел почти сразу.

«Час пополуночи без четверти. Карета одна, при ней верховых четверо, лиц восемь. Дом де Грейв. Выезд по семейной надобности. Досмотр не производился ввиду сословия».

Несколько слов на пожелтевшей бумаге вместили мать, Лиану, его самого, возницу и четверых охранников. Писарь, выводивший фамилию, наверняка думал об окончании смены, завтраке или мерзнущих пальцах и никак не мог знать, что записывает последние минуты жизни почти всех этих людей.

Себастиан уже хотел перевести взгляд ниже, но заметил предыдущую строку.

«Полночь без четверти. Верховой один, лицо одно, повозок нет. Посыльный. Знак предъявлен. Досмотр не производился».

Он перечитал ее еще раз. За час до выезда де Грейвов?

— Десятник, что означает «знак предъявлен»?

Мужчина заглянул через его плечо.

— Служебный знак. Посыльные крупных домов, ратуши, управления. Ночью без такого за ворота не выпускали.

— А чей именно знак был у этого человека?

— Обычно делали схематичную зарисовку знака с гербом… вот тут на поле, где стоит расплывчатое пятно. Видимо, его немного испортило влагой.

— Правда что ли⁈ — раздражённо огрызнулся Себастиан. — А я и не заметил. Зачем вообще делать зарисовку? Почему не написать буквами⁈

— Караульные часто путали в темноте гербы семей и знаки торговых домов, потом жалобы шли. Поэтому разрешили записывать только сам факт предъявления и делать зарисовку герба.

Себастиан медленно кивнул.

— Гениально. Теперь мы точно знаем, что десять лет назад кто-то показал что-то похожее на какой-то знак. Очень полезная информация.

Десятник усмехнулся.

— Я эту систему не придумывал.

— Тогда претензий к вам нет, разве что к прохудившейся крыше, из-за которой я теперь не могу узнать, что именно за знак был предъявлен. Кстати, а подделать его сложно?