Книга Тени Грейфолла 1, страница 116 – Алекс Кош

— Мне придётся тебя пытать, или ответишь на вопросы сам? — поинтересовался Себастиан.

Эти слова словно послужили сигналом для последнего рывка. Хоть Себастиан и забрал у убийцы все артефакты, но что-то всё-таки осталось, возможно, где-то под кожей. Удар струи пламени из его ладони был направлен точно в лицо истребителю, но тот успел отреагировать и закрыться полой плаща, на котором огонь не оставил ни единой подпалины.

— Глупо, — прокомментировал Себастиан.

— Я должен был попытаться, — слабым голосом сказал убийца. — Ладно, я всё расскажу.

Он прекрасно понимал, что когда работа провалена, торг идет уже не за жизнь, а за способ ее окончания. Поэтому отвечал на вопросы спокойно, сжато и без утайки. Заказ пришел через посредника, как и все прочие заказы Тихого: мертвый ящик за расшатанным кирпичом у моста Медников, записка печатными буквами, аванс имперским золотом в слитках без клейм, две трети вперед. Такого аванса он не видел за всю свою карьеру. Заказчика не видел никогда, не слышал и не искал, потому что за отсутствие лишнего любопытства в его ремесле платят отдельно. Срок поставили жесткий, три дня, любой ценой. Двое истребителей до этого тоже числились за ним, тот же ящик, тот же почерк записок, та же щедрость, а тела их лежат в старом доке за Гаванью, под сваями, с камнями на ногах, и места он готов показать хоть сейчас. Больше он не знал ничего, и Себастиан, задав контрольные вопросы вразбивку и получив те же ответы, ему поверил. Профессионал такого уровня и не должен знать больше. След обрывался на кирпиче у моста Медников, и вряд ли по нему можно было пройти дальше.

— И последний вопрос, который тебе особенно не понравится. Где ты держишь деньги?

Вот тут убийца впервые за весь разговор помедлил. Схему связи он выложил без единой заминки, места двух захоронений назвал с точностью до пролета, а на вопрос о деньгах поджал губы и уставился в потолок. Себастиан молча отметил себе эту любопытную особенность человеческой природы — он уже смирился с тем, что умрёт. Деньги с собой на тот свет не заберешь, но даже так расстаться с накопленным добром для него было невероятно сложно.

— Это уже мародерство, — наконец процедил убийца.

— Не мародёрство, а возмещение ущерба, Тихий. Ты выстрелил мне в голову, испортил шляпу и куртку. Считай, что мы с тобой сейчас улаживаем имущественный спор в досмертельном порядке.

— Тебе-то зачем мои деньги? Ты же де Грейв, у тебя целый особняк в Верхнем городе.

— Ты прав, на деньги мне плевать. Я хочу посмотреть, во сколько меня оценили и чем именно расплатились.

Убийца еще немного помолчал, будто у него оставался какой-то выбор, отвечать или нет.

— Улица Бондарей, доходный дом Ярвика, третий этаж, комната в самом конце коридора. Снята на имя Ганса Мольде, он умер пять лет назад, а документы достались мне. Ключ на шнурке у меня на шее. Тайник под подоконником, третья доска от стены, гвозди в ней фальшивые, поддеваются ногтем. И не спалите там ничего, внизу живут люди.

— Забота о ближнем в твоем исполнении звучит особенно трогательно.

— Внизу живет прачка с тремя детьми, — равнодушно уточнил убийца. — Она мне гладит рубашки. — Он помолчал. — И что теперь? Сдашь меня секуритате или Ордену?

— Нет.

— Сам?

— Не совсем.

Себастиан поднялся и посмотрел на убийцу даже с сочувствием. В окно впорхнул чёрный ворон и завис в воздухе над связанным человеком. Убийца успел его увидеть, и даже не закричал, а лишь вдавился затылком в доски и очень широко раскрыл глаза, ведь ворон был соткан из самой темноты. В следующий момент странная птица рухнула ему на лицо, мгновенно покрыв чернотой всё тело, и в комнате повисла мёртвая тишина. Убийца под черной пеленой выгнулся, забился и обмяк. Когда чернота стекла с тела и проворно забежала обратно под кожу Себастиана, на полу остался человек с абсолютно чёрными глазами. Мертвые смотрят иначе, у них глаза мутнеют, а в этих словно поселилась сама тьма.