Книга Моя девочка Его!, страница 82 – Кристина Жиглата

Черт, такая возможность…Избавится от Багирова навсегда, остаться одной с неплохим наследством, обеспеченной и свободной! Но блин, когда суть дошла до дела, меня почему-то это не утешало.

Пятнадцать лет, хорошая месть за все обиды и Арс заслужил это, вот только не было радости…

Почему? Он ведь такой ублюдок! Испортил мою жизнь, до сих пор портит и, судя по его словам…всегда будет портить! Одно показание, суд и избавление!

Нужно было хорошо подумать, всё взвесить и принять решение!

Как не крути, а он остаётся отцом моего ребёнка, и если когда-то мой малыш спросит о своем папе, что я ему отвечу?

С другой стороны, если Арс будет на свободе, то нет никаких гарантий, что он не отберет у меня ребёнка!

Меня грызли сомнения, страх и боль в груди… Боль от того, что этот мерзавец, со всеми своими черными делами, ложью и предательством — всё равно завладел моим сердцем. И как бы сильно я не пыталась его ненавидеть, как бы сильно не хотела избавиться от него, как бы не сердилась, его присутствие, взгляд, голос действуют на меня по-особенному.

— Даю слово, что на этот раз ему не открутится! — вдруг врывается в мои раздумья голос адвоката, и я поднимаю на него растерянный взгляд. — Всего лишь пять минут вашего времени. Я составлю необходимый документ, из вашего рассказа и вам останется только подписать его. Дальше дело за мной. Вас никто не будет беспокоить.

— Конечно, — соглашаюсь, словно на автомате. — Составьте, но позже… Сейчас я чувствую себя не важно, — шепчу, прикрывая веки.

Голова резко заболела, и было такое чувство, словно меня загнали в тупик. Всё не так как я хотела, не смотря на то, что я мечтала о подобном дне!

— Я много не займу вашего времени, только скажите, как всё было…

— Ты не слышал её! На выход! — резко обрывает его здоровяк у двери, и я смотрю на него с благодарностью.

— Давайте завтра, — прошу, чтобы смягчить грубость охранника. Я ещё не приняла решение, а значит, услуги адвоката мне могут пригодиться.

— Хорошо, я зайду утром! — соглашается он, одарив меня улыбкой, и уходит.

Как только дверь за ним закрывается, мои надзиратели покидают палату, а вместо них внутрь заходит медсестра.

Она умащается рядом на стул, наблюдая, как медленно капают капельки в системе.

Так проходит несколько минут, в угнетающем молчании. Я не говорю с ней, ничего не спрашиваю потому что вижу её напряжение и нежелание говорить, кроме того в моей голове было полно других мыслей.

Спустя четверть часа она поднимается на ноги, отсоединяет капельницу и вновь принимает свою наблюдательную позицию.

— Зачем вы сидите со мной? Я разве тяжелобольная пациентка? Или это для того чтобы я через окно не сиганула? — не выдерживаю.

— Так надо. И за побег никто не переживает, вы на третьем этаже…, - отвечает, натянуто улыбнувшись.

— Значит это приказ Багирова? — заключаю.

Она не отвечает, не успевает, поскольку дверь в палату резко распахивается и в проёме появляется взволнованный Арс. В его руках огромный букет белых лилий, и небольшой ящик. Он кивком отправляет медсестру прочь, прикрывает плотно двери и опускается рядом со мной на край кровати, оставляя цветы и ящик на комоде.

— Как ты? Мне сказали, ты хотела меня видеть?

— Ещё вчера, — с упрёком. — Ты прям ураган…Так быстро!

Вижу на его губах легкую улыбку, но я не хотела его рассмешить. Так получилось. А он так красиво улыбался. И вообще выглядел отлично. В черной рубашке и черных брюках, с легкой щетиной на подбородке. Волосы были аккуратно уложены назад и блестели от влаги.