Книга А кофе с меня, страница 39 – Элфи Рид

Потом ели джелатто прямо на набережной. Фотографировали закат. Смеялись над туристами в одинаковых панамках.

Время как-то незаметно утекло вместе с солнцем. Домой вернулись уже поздно вечером. В квартире стояла тишина — парни, кажется, ещё зависали наверху на террасе.

Я устало зашла в комнату, на ходу, с облегчением стягивая тяжелые серьги. И замерла на пороге, едва не выронив их из рук. На моей половине кровати стояла обувная коробка. Черная. Матовая. С идеально ровной, дорогой лентой.

Несколько секунд я просто смотрела на неё, отказываясь верить своим глазам. Потом медленно подошла ближе, испуганно оглянулась на закрытую дверь и осторожно, затаив дыхание, приподняла плотную крышку. Что-то тяжёлое медленно осело под рёбрами. Те самые туфли. Те.

Красные. На рифленном каблуке. Абсолютно невозможные.

По спине пробежала дрожь. Я резко закрыла коробку, будто обожглась. Сердце колотилось так дико, что стало трудно дышать.

Это было… ошеломление? Паника? Смущение? Со мной никогда такого не случалось. Никто и никогда не покупал мне настолько дорогие вещи просто потому, что я на них посмотрела. Я попыталась лихорадочно придумать нормальное объяснение. Может, девчонки скинулись? Но мы весь день были вместе, и никаких пакетов у них не водилось.

Тогда кто?..

Одна очень конкретная, тяжелая и крайне неприятная мысль медленно, со скрипом начала складываться у меня в голове. И я тут же, испугавшись масштаба катастрофы, попыталась силой оттолкнуть её от себя.

Быстро переодевшись в домашнее, я ещё несколько минут бессмысленно ходила из угла в угол, имитируя бурную деятельность: перекладывала крем, поправляла занавеску — лишь бы не смотреть на эту чёртову коробку. Но взгляд наперекор логике раз за разом цеплялся за черный прямоугольник на покрывале.

В итоге я резко подошла к кровати, схватила её и почти демонстративно поставила на тумбочку Самойлова.

Чуть громче, чем требовалось.

Внутри уже начинало тихо закипать раздражение. Нет. Серьёзно. Что вообще происходит? Он хочет меня купить?!

Я скрестила руки на груди и мрачно уставилась на туфли. Это даже не выглядело как нормальный подарок. Скорее как… жест, которым мне молча указали моё место.

«Не можешь позволить себе сама? Вот, держи».

От этой мысли всё сжалось. Хуже жалости я не переносила вообще ничего. И особенно — от него.

И в этот момент дверь распахнулась. Самойлов зашёл внутрь. Я моментально выпрямилась как струна. Он скользнул взглядом по коробке на своей тумбочке, потом по мне, снова по коробке и вернулся к моему лицу. Медленно прищурился.

На секунду в душном пространстве спальни повисла плотная, почти осязаемая тишина. Будто мы оба одновременно, без единого слова всё друг про друга поняли. Всё до капли.

Но вместо вопросов он как ни в чём не бывало подошёл к шкафу и легким, привычным движением снял через голову футболку. Так, как это умеют делать только мужчины — спокойно, даже не задумываясь, какой эффект производят эти жгуты мышц и перекаты загорелой кожи.

Я резко отвернулась. Слишком поздно, конечно. Господи, почему этот человек вообще выглядит так, будто ему противопоказано носить одежду?

Самойлов тем временем будто ничего не замечал. Достал чистые вещи, закрыл дверцу и, уже проходя мимо меня к выходу, коротко, с легкой хрипотцой бросил: