Книга История Тильды Коннах, или Андрей Васильевич меняет профессию, страница 75 – Сергей Плотников, Варвара Мадоши

Потому что так оно и было. Андрей Васильевич отлично помнил ее биографию: Тильда Коннах, в девичестве Флитлин, была дочерью графа Флитлина — крупного землевладельца и феодала. Соответственно, ее с детства тренировали для договорного брака и насыщенной светской жизни.

— Ага, — пробормотал Квашня рядом. — Ну, это было ожидаемо.

Андрей Васильевич поглядел на него с иронией.

— Кто-то только что говорил обратное.

— Это было до того, как я ее увидел, — пробормотал Квашня. — Женись быстрее, друг, а то попытаюсь отбить, честное слово. Еще и рыжая! Черт. У меня слабость к рыжим!

— Что ж, попытайся, — фыркнул Андрей Васильевич.

Тильда закончила спускаться по лестнице.

— Тильда, вы выглядите непревзойденно, — Андрей Васильевич взял ее руку и осторожно склонился к запястью. — Я поражен и потрясен. А мой друг Аполлон Квашня и вовсе потерял дар речи.

— Наглая клевета! — Квашня прижал руки к сердцу. — Это он просто пытается так меня заткнуть.

Тильда улыбнулась ему.

— Вы — дедушка Кирилла Ураганова, не так ли? — спросила она мягко.

— За мои грехи, — Квашня тоже склонился к ее руке. — Но еще я второй партнер этого предприятия, и позвольте сказать, что я невероятно впечатлен работой, которую вы проделали.

— Что вы, с помощью Андрея это было не трудно, — ответила Тильда любезным тоном. — Но мне очень приятно, что вы оценили… Кстати, я ведь почему спустилась. Прошел сигнал, что приезжают первые гости.

— Да, — кивнул Андрей Васильевич. — Причем это Чисеты — самые тяжелые. Готовы?

Тильда глубоко вздохнула.

— Готова.

Дегустационный вечер начинался.

10.2. Тильда Коннах и светские обязанности

Андрей Васильевич считал «набор» Чисетов самыми сложными гостями — но у Тильды не сложилось такого ощущения. Знакомые все типажи. Старший, Фаругин Чисет, показался ей похожим на одного из приятелей ее отца — уж насколько у графа Флитлина могли быть приятели. Выглядел он как человек средних лет, с импозантно поседевшей бородой и такими же черно-белыми волосами. Но из досье Тильда знала, что на деле он ненамного моложе Андрея Васильевича. Видно, тоже из тех, что продолжает сохранять пожилой вид.

Его внук выглядел лет на восемнадцать или двадцать — как все, родившиеся после Отмены и не позволяющие себе стареть. Внешне он походил на деда, но при этом казался изысканным красавчиком. Причем не в таком духе, как Орис. Орис был очень красив по-мужски (Ульн обещал стать таким же или почти таким же с возрастом, а вот Лис, увы, ничего от внешности отца не унаследовал!), но никогда не придавал значения своей привлекательности. Не считал, например, что его портит шрам через все лицо. (И он действительно не портил, скорее даже, придавал ему дополнительной мужественности — Тильда когда-то приложила уйму усилий и накладывала ему компрессы непрерывно, только чтобы кожу на лице не стянуло, а Орис терпеливо сносил ее хлопоты и тихо ворчал, что все это совершенно ни к чему). Про Чисета-младшего же было видно, что он тщательно следит за собой и прикладывает массу усилий к тому, чтобы производить верное впечатление. Тильда даже заподозрила бы мужеложца — тем более, что супруга подле него смотрелась уж совсем декоративно! — но он так откровенно уставился ей в декольте, что эта гипотеза тут же разлетелась в пыль.