Книга Корми. Укладывай. Не влюбляйся, страница 151 – Александра Пивоварова, Майя Пивоварова

Принесли кофе. Я взяла латте, Ян черный, без сахара. Он потягивал его медленно, расслабленно, как удав после обеда. Иногда его взгляд лениво скользил к Антону, и каждый раз тот дергался, будто его ударило током.

Антон пытался быть дружелюбным, но присутствие Яна давило на него. Ян молчал. Не говорил, не угрожал, даже почти не смотрел. Но его присутствие было для Антона, как бетонная плита.

Просто потому что он был.

Сидел. Дышал. Смотрел.

— Вот. — Антон вдруг вспомнил про пакет и пододвинул его мне. — Тут подарки. Девчонки собирали. Всякое: косметика, сладости, какая-то ерунда. Я не вникал, если честно.

Он попытался улыбнуться. Вышло жалко, криво, как у человека, которому очень хочется уйти.

— Спасибо, — искренне сказала я. — правда. Передай им, что я все получила. И что скучаю.

— Передам.

Он сделал глоток кофе. Поперхнулся. Потянулся за салфеткой, уронил ее, полез за ней под стол, ударился плечом о край столешницы. Я отвернулась, чтобы не видеть этого унижения. Мне было неловко и больно за него. Потому что я знала его другим. Веселым, уверенным. А сейчас рядом с Яном он разваливался на части.

И я решила, что пора завязывать с этой встречей. Хотя от начала прошло минут тридцать.

— Антон, спасибо тебе огромное. За встречу, за подарки, за все. Правда. — я взяла пакет со стола. — Я не буду тебя задерживать. Тебе же на поезд.

Он посмотрел на меня с такой благодарностью, что у меня внутри все сжалось. Ему не нужно было ничего объяснять. Он понял. Кивнул, встал и потянулся за курткой и на этот раз почти не суетясь.

— Спасибо, что пришла. — сказал он тихо.

— Доедешь напиши. — сказала я. — Передавай всем привет.

Он кивнул, коротко глянул на Яна, и почти выбежал из кофейни. Колокольчик над дверью звякнул, и наступила тишина.

Я развернулась и вышла следом. На улицу. В холод. Не оборачиваясь.

Ян догнал меня у машины. Открыл дверь, пропустил вперед. Я села, бросила пакет на колени и уставилась в лобовое стекло. Руки дрожали, но не от холода. От злости.

Он сел за руль. Завел двигатель. Тронулся.

Я молчала. Считала до десяти. До двадцати. Не помогало.

— Ты понимаешь, что ты только что сделал? — спросила я, не поворачивая головы.

— Пил кофе. — ответил Ян ровно.

— Пил кофе. — я усмехнулась горько. — Да. Ты пил кофе. И одновременно уничтожал человека. Не сказав ни слова. Не сделав ничего. Просто сидел. И этого хватило.

— Я ничего ему не сделал, — он пожал плечами. — даже руку пожал.

— Ты его взглядом в порошок стер! — я наконец повернулась, и меня понесло. — Ты смотрел на него, как на… как на таракана! Как будто он пустое место! Ты не сказал ни слова, но было слышно, как он ломается. Ты видел, как он поперхнулся? Как ударился плечом? Как у него руки тряслись⁈ Он мой друг, Ян! Друг! А ты его раздавил. Просто раздавил. Потому что тебе не понравилось, что он вообще существует!

— Мне не понравилось, как он на тебя смотрит. — голос Яна стал ниже, но он не повышал тона. — Как он тебе руки жмет. Как он хотел тебя обнять. Я все видел, мелкая. И я не собираюсь извиняться за то, что просто находился рядом.

— Просто находился рядом! — я чуть не задохнулась. — Да от тебя за версту несло «она моя, а ты никто»! Ты занял половину диванчика, ты положил руку мне на плечо, ты…

— Я тебя не касался без твоего согласия, — отрезал он. — ты не убрала руку. Ты не попросила меня отсесть. Ты вообще не возражала.