Книга Звездочка, не наглей!, страница 17 – Александра Пивоварова, Майя Пивоварова

Касаюсь губ.

Но поцелуй ведь не был просто так. Он что-то задумал. Что-то в стиле этих избалованных засранцев.

Беседа, успокоительное и сестренка засыпает. Психолог просит уменьшить раздражители и пока рекомендовал посидеть Алисе дома. А нам лучше присматривать. Предложила маме перебраться обратно, чтобы помогать, но отказалась. Сказала, что все равно хотела взять отпуск, а мне нужно учиться. Но я попросила звонить в любой момент.

Возвращаюсь в общагу в подавленном состоянии и ближе к полуночи. Таня сопит на всю комнату, а кровать Насти заправлена. И судя по разбросанной на столе косметике, соседка спешила.

Сажусь на подоконник, включаю в наушниках музыку. Спать совершенно не хочется. У меня нет вредной привычки, но рука сама тянется к оставленным сигаретам Насти. Достаю одну, но одергиваю себя и не решаюсь закурить. Со злости сжимаю в кулаке.

Он даже не узнал.

Он. Он. Он.

Вот какого черта он вернулся?

Резко открываю глаза, почувствовав в руке вибрацию телефона. На экране номер Насти. За три шага оказываюсь в коридоре, чтобы не потревожить сон Тани.

─ Слушаю.

─ Лиз… ─ как-то болезненно тянет мое имя. ─ Я кажется лишнего выпила и мне так хреново… А Анька бросила меня. Заберешь, а? Сама не доползу. ─ что-то громко падает. ─ Боже, мутит!

Морщусь, когда вместо голоса слышу, как пища выходит обратно.

─ Прости… Мне очень плохо…

Никогда прежде не слышала такого голоса у нее.

─ Адрес?

─ Адрес… Не помню. Клуб «Бархат». Приедешь?

─ Да. Скоро буду!

Анька, блин. Я ей завтра по голове настучу за то, что кинула ее. Все знают, что Настя не умеет пить. Еще на посвяте в прошлом году выяснили, когда пьяную со стола стягивали всей группой.

Быстро нахожу нужный адрес. Довольно близко. Вызываю такси и пока едет переодеваюсь.

У клуба, как не странно, никого. Можно подумать, что никакой вечеринки. Но огромная неоновая вывеска освещает половину улицы. На входе контроль, который пропускает меня даже на лицо не взглянув.

─ Ого…

Недовольно дергаю бровями и осматриваюсь. Может на улице и пусто, но здесь, как в консервной банке, дыхнуть негде. Пьяные тела трясутся под громкую музыку, которую хочется выключить. Но выключен сейчас только телефон подруги. Решаю сразу идти к туалетам.

─ Простите! Извините! ─ пробираюсь сквозь толпу и не знаю зачем извиняюсь, все равно не услышат.

Я была в клубах, и музыка здесь определенно играет громче положенного, мыслей не слышно.

Замечаю нужный указатель и сворачиваю к нему, но внезапно мое запястье кто-то хватает.

─ Эй! ─ возмущаюсь на автомате и разворачиваюсь.

Несколько органов словно переворачивается.

В клубе светомузыка, но эти огромные голубые глаза вижу отчетливо.

Теодор перехватывает мое запястье, сжимает крепче и грубо дергает на себя. Я не хочу идти, но его сила превосходит мою, он тащит меня против воли куда-то в сторону.

─ Тебя не должно здесь быть! ─ рычит мне в лицо, как только заталкивает в какую-то темную комнату, в которой музыка резко затихает. ─ Какого черта ты приперлась?

Кажется, кого-то укусил Соколов. Или же наконец вылез истинный характер.

─ Дай пройти!

Игнорирую его вопрос и хочу обойти, но мой локоть вновь в стальной хватке. Грубо вжимает меня в стену. В этой комнате мало света и много красных оттенков, но его сапфиры отчетливо сияют. Как бы ненавидела его, но глаза шикарные. Таким любой позавидует. Особенно в сочетании с темными волосами.