Книга Красиво разводятся только мосты, страница 6 – Елена Лабрус

Что муж ей изменяет, Аврора узнала, когда всё это началось.

Её жизнь рушилась, если не сказать точнее — рухнула.

Но всё, чего она хотела сейчас: поставить её на паузу и хотя бы выспаться.

Она всё признает: свою ошибку, свою несостоятельность, как хирурга, своё фиаско, как жены. Она со всем согласна — только дайте передышку.

«Может, хоть здесь получится поспать», — посмотрела Аврора на забытую стюардессой стопку пледов на пустом кресле. После бессонной недели, на которой сбылись все её самые страшные кошмары и от недавней счастливой жизни не осталось и следа, перспектива положить голову на эту стопу и забыться выглядела, как никогда заманчивой…

— Простите, здесь свободно? — прозвучал над головой мужской голос.

Чёрт! Когда разбуженная вопросом Аврора очнулась, задремав во время набора высоты, уже и пледов не было, и на трёх креслах в соседнем ряду, подняв подлокотники, растянулся какой-то дядька.

Оценив не самое дружелюбное выражение лица Авроры спросонья, потенциальный попутчик виновато оглянулся:

— К сожалению, место у запасных выходов занять нельзя, женщину с ребёнком я тоже беспокоить постеснялся, но если вы против…

— Садитесь, конечно, — перебила Аврора, снимая очки.

Она так долго думала с ответом, из-за чего мужчина стал вынужденно оправдываться не потому, что против, а потому, что растерялась — у её кресла стоял тот самый мужик, за жизнью которого она невольно подглядывала в аэропорту.

«Чудесная малышка, жена, любовница, извинения. Красивый мужик. Вроде ничего не забыла», — мысленно усмехнулась Аврора.

— Далеко летите? — спросил он, с трудом запихивая длинные ноги в узкое пространство между сиденьями.

— А вы? — улыбнулась Аврора, подразумевая нелепость вопроса, но потом сама себя опровергла, вспомнив, что самолёт делал техническую посадку в Екатеринбурге, а значит, часть пассажиров выйдет там, а часть отправится дальше.

— До конца, — ответил мужчина.

— Я тоже, — кивнула Аврора.

Понадеялась, на этом разговор будет исчерпан: она достала из кармана телефон, мужчина пришёл с ноутбуком в руках. И какое-то время они действительно молчали, каждый занятый своим гаджетом, но потом он уронил на пол между ними наушник, нагнулся.

Аврора невольно улыбнулась: в его густых тёмных волосах, подстриженных длинно и слегка взъерошенных, застряла блёстка — маленькая серебряная звёздочка из аппликации на кофточке у девочки.

— Простите, — едва не ткнулся он лицом в её колени.

От запаха его одеколона, приятного, мужского, незнакомого, а может, от вида этой невинной звёздочки у Авроры невыносимо заныло в груди.

Как же она хотела какую же славную девочку с тёмными кудряшками, как в детстве у Романовского, или мальчика с васильковыми глазами, как у неё.

Но муж был категорически против.

— Аврош, ну разве нам плохо вдвоём? — кривился Романовский. — Ну, честное слово, что за средневековые пережитки: семья, дети, быт. Неужели обязательно обременять себя стиркой, готовкой, пелёнками? Изнурять организм беременностями, портить родами? Посмотри, какая ты у меня красавица, — вёл он пальцами по её шее, груди, животу, — с фарфоровой кожей без единого изъяна. А эти потрясающие льняные волосы? Я не готов ими жертвовать ради какого-то спиногрыза. Хватит того, что я позволяю тебе работать, — отшучивался он.