Книга Проклятый, одинокий, дракон, страница 34 – Елена Лабрус

— Мой конюх тоже всегда хвалит, как я подтягиваю подпруги, а потом берёт и переделывает, когда думает, что я не вижу.

— И всё же этот Хьюкин невыносим.

— Хьюго, — громко засмеялся де Риз. Даже Айна улыбнулась над тем, как назвала посла Одилонская. — Его зовут Хьюго, Лорина, а не Хьюкин. Хьюго Шагги.

— Гы-гы-гы, гы-гы-гы, — передразнила девушка. — Словно гуси гогочут, а не имя. А мне пришлось целую неделю его развлекать в нашем поместье. Соль сказал, что король пригласил его на свадьбу. И отправил в наше поместье — развлечь нового посла охотой, а заодно и присмотреться к нему.

— Представляю, как вы намучились, — притворно вздохнул герцог.

— Нет, Тьер, ты не представляешь, — делано вздохнула герцогиня. — Умей он взглядом оставлять следы, уверена, у меня вся грудь и плечи были бы в синяках. Посол не сводил с меня глаз, просто пожирал ими. И всё отпускал мне дешёвые комплименты.

«Странно, — Айна скривила губы. — Ведь мы неделю плыли с ним на корабле. И ничего подобного я не заметила».

Скорее, наоборот, этот пожилой дядька, с чёрной курчавой бородой и такой же причёской, только короче, относился к Айне по-отечески. Помня недавние напряжённые отношения между их странами, они с послом говорили о нейтральных вещах: о еде, о вине, о погоде, обсуждали корабль, на котором плыли. Мессир Хьюго даже договорился о небольшой экскурсии, и её для них лично провёл капитан. Айна с послом прекрасно проводили время. Он понравился даже Ивет, а та — девушка разборчивая и привередливая, не смотри, что служанка.

— Уверен, он просто старался быть любезным, — ответил Лорине Тьер, когда Айна непроизвольно пожала плечами, искренне не понимая, как один и тот же человек может производить такое разное впечатление.

Но, главное Айна услышала: король пригласил посла на свадьбу. Хоть с одним из своих гостей она будет лично знакома.

И всю дорогу до замка де Лешер Айна думала о тёплом взгляде карих глаз принца.

Если бы ей прислали маленький портрет, Айна, наверное, так и носила бы изображение принца за корсетом и доставала при каждом удобном случае. Но в поместье прибыла огромная деревянная рама, которую установили в гостиной на пюпитре, и девушке оставалось довольствоваться лишь тем, что сберегли её память и сердце.

— Боже, зачем вы так топите мою комнату? — устало упала на кровать Айна, распластавшись на скользком шёлке покрывала звездой.

— Граф приказамШи не жалеть дрова, — оправдывалась, пришепётывая, пожилая служанка. — Сказал, что вы с юга, а, значит, привыкШи к теплу, миледи.

— К теплу, но не к такой жаре, что нечем дышать, — рассматривала девушка замысловатые украшения балдахина. — Прекратите топить, откройте окно и скажите моей служанке, что я вернулась.

— Да, миледи, — бросилась грохотать рамами прислуга. — Ваша горниШная как раз гулямШи по саду. С камердинером графа.

— Кто бы сомневавШись, — невольно скопировала странную манеру говора служанки Айна.

«Хотя камердинеров у неё ещё не было».

Она так и лежала, бездумно уставившись в потолок, когда нарисовалась Ивет и застрекотала, как сойка.

— Боже, мадмуазель, мы так переволновались, когда ко времени, что вы должны были вернуться, над горами началась гроза. Сверкали молнии, а гром доносился даже сюда, хотя здесь дождя и близко не было. Упало пара капель, но разве же это дождь? — она по-свойски уселась рядом с Айной на кровать.