Книга Не отрекаются, любя..., страница 116 – Елена Лабрус

Вера тряхнула головой, прогоняя щедро приукрашенные воображением картинки. Ванька смотрел испуганно, но Вера ему улыбнулась. Присев на корточки в мраморном вестибюле, она снимала с него шапку, куртку.

— Всё в порядке, малыш, — потрепала его по голове.

— Вы ф папой опять поффорились? — смотрел он тревожно.

— Да, люди иногда ссорятся, Вань, — кивнула Вера, отдавая Наташе, домработнице Ваан, кроткой доброй женщине, свою и Ванькину одежду. С ней Вера договорилась ещё вчера, что она присмотрит за ребёнком. — И взрослые. И дети. Правда, Наталья Ивановна?

— Конечно, — уверенно кивнула женщина, глядя на Ваньку. — А потом мирятся.

— А моя мама фпапой не помирились. Они развелись, — приводил ей ребёнок свои аргументы. Справедливые. — Ф первым папой. А теперь они снова поссорились фо вторым.

— Значит, они уже ссорились? — протянула ему руку женщина и понимающе кивнула.

— Да, давно. И долго не разговаривали, — охотно делился с ней малыш, пока Вера плелась сзади, опустив голову. — Но папа фказал, что они всё равно будут вместе, потому что он никому маму не отдаст. И меня никому не отдаст. Потому что он мой родной папа, — добавил он с гордостью.

— Ну раз папа так сказал… — вежливо поддакивала женщина. Она обернулась и дала понять Вере, что та может идти.

Вера благодарно ей кивнула и пошла в зал, где уже вовсю кипела работа.

— Вера Сергеевна!.. Вера Сергеевна!.. — загалдели со всех сторон, стоило ей войти.

И она рада была с головой окунуться в работу, лишь бы не думать о том, что творится у неё в душе. Лишь бы не чувствовать это: Гриша…

А на самом деле всё это время Файлин рассказывала ей про Марка.

Это Марк был её первым и единственным мужчиной. Марк был на всех её скульптурах. Марк полетел за ней в Конго, получил две пули в грудь и сорвался вниз со здания ратуши.

Всё это было про него.

Ей не зря казалось. Не зря мерещилось… А Файлин знала!

— Здесь не получится по плану, — тыкал у неё перед носом в лист ватмана бригадир строительной бригады. — Вот здесь силовой кабель.

— А в планах постройки дома он должен быть здесь, — тыкала Вера в свой чертёж.

— Здесь вообще с проводкой чёрти что, — спустился со стремянки специалист по натяжным потолкам и показывал ей на полоток, размахивая руками. — Там закрепится не сможем — пустота. Тут — надо заново штробить.

— Так, — кивнула Вера, выслушав всех по очереди. — Вы сдвигайте фонтан на полметра вправо. Тогда ничего не заденем?

— Тогда у нас не сойдётся, — вмешались художники.

— Значит хорошо, что вы ещё не начали, тоже смещайтесь вправо, — она развернулась. — Здесь штробите…. Здесь цементируйте пустоту, а потолки пока начинайте делать с другого угла… Это убирайте, не пригодится совсем… Здесь разберите угол и переставьте всё сюда, чтобы весь день не спотыкаться…

Перекрикивая шум отбойных молотков и отборную ругань строителей, устанавливающих леса, Вера сорвала голос, но по своему опыту знала, что самое главное — выглядеть человеком, у которого всё под контролем. И не важно, что ты в панике и ужасе от того, что ничего не идёт по плану — люди должны чувствовать твою уверенность, что всё это решаемо, а главное понимать, что делать.

— Может, тогда не будем цементировать, просто закрепим молдинг?

— Ну вот видите, всегда есть решение, — кивнула она в ответ на последний вопрос и с облегчением выдохнула.