Книга Не отрекаются, любя..., страница 20 – Елена Лабрус

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Мама, сядь, — кивнула Вера на стул. — Марк уже всё решил. Как видишь, и Ваньку забрал. И меня к тебе привёз. С вещами. Поэтому тут пока охрана. И поэтому не надо мне сейчас говорить, что Марк плохой, а Алексей хороший. Я к нему не вернусь. Но сейчас мне нужен не Марк, а хороший адвокат.

И целая куча денег на него: вряд ли Алексей сдастся без боя.

Пойду-ка посмотрю не прислали ли ещё какой-нибудь заказ.

— У меня в голове не укладывается, — так и сидела за столом на кухне мама, когда Вера вернулась с ноутбуком.

Но она даже не успела войти в почту, когда зазвонил телефон.

— Татьяна Алексеевна! — схватила Вера трубку. — Я как раз собиралась вам звонить. Ждала девяти утра… Да, дождь… Что?!..  — Вера потрясла головой. — В каком смысле отказываетесь? Но ведь там осталось всего ничего… И на днях мы получим сланец, — звучал её голос всё тише, тем слабее, чем увереннее заявляла заказчица, что в Вериных услугах больше не нуждается. — Но это был большой проект, а вы заплатили только за материалы… Что значит и не собираетесь?.. Нет, я конечно, могу подать в суд, но…

На том конце бросили трубку.

Вера ещё не успела осознать, что произошло, когда снова зазвонил телефон.

И разверзся ад…

Меньше чем за полдня от услуг её компании отказались почти все клиенты. И те, что планировали начать работу только по весне. И те, на которых она рассчитывала в зимний несезон— сделать живую зелёную стену в офисе крупной компании, рокарий в торговом центре, зимний сад в частном коттедже.

Вера не понимала, что происходит, не понимала, как это возможно, но точно знала кто в этом виноват.

— Вот гандон! — выкрикнула она вслух, очередной раз бросая на стол телефон.

Как защитить свою фирму он не знал, зато как нагадить мне знает отлично!

— Мамочка, а кто такой гандон? — увлечённо раскрашивая цветными карандашами разбитые на бумаге клумбы, что Вера дала ему из своих бумаг, спросил Ванька.

Твой отец! Чуть было не сорвалось с языка. Она так привыкла считать Алексея отцом Ваньки, что как сильно в нём ошиблась ещё не совсем и осознала.

— Нехороший человек, мой зайчик, — выдохнула Вера.

И как я ему скажу, смотрела она на сына, что его отец не тот козёл, которого он всю жизнь считал папой, а другой козёл, который их бросил и сказал, что не вернётся?

Но сиди не сиди, а она, можно сказать, осталась и без работы, и без денег, на которые сильно рассчитывала. С которых ей ещё надо было заплатить бригаде, они же не виноваты, что она, оказывается, непрофессиональна, некомпетентна и ломит за свои сомнительные услуги втридорога… как высказали ей.

Вера закусила губу, чтобы не заплакать. Это было так обидно. И так несправедливо.

Пошла одеваться — не хотела, чтобы Ванька видел её слёзы.

Крепко его обняв, выскользнула за дверь.

Дворники молотили по стеклу как сумасшедшие, и всё равно не справлялись — такой начался ливень, когда Вера остановилась возле офиса.

Офис — это, конечно громко сказано. Так, небольшое помещение из двух комнат: парадная приёмная, где сидела вежливая секретарь, да Верин кабинет. Чисто номинально. Большинство клиентов обращались к ним через сайт или звонили лично Вере. Но за эти две каморки с юридическим адресом тоже приходилось платить аренду. А ещё за склад, где бригада, что работала с Верой, хранила инструменты, лежал запас материала и Вера передерживала привезённые растения.