Книга Грязная сказка, страница 132 – Елена Лабрус

Она погладила Таню по спине, и они обе не выдержали и заплакали.

— Мразь эта балетная, — наконец, сказала женщина, отпуская Таню и вытирая глаза. — Порву, сучку! Давно надо было ей заняться. Но я ж стараюсь к нему не лезть. А он не перестаёт меня удивлять. Теперь вот — внучка, — улыбнулась она сквозь слёзы и снова полезла в карман за сигаретами. — Ну, ты иди, а то замёрзнешь совсем. А я ещё постою.

— Девушка, — окликнула медсестра Таню и махнула рукой, едва Таня снова разулась. — Идёмте!

Таня подскочила, как по команде, и, подхватив на руки Софи, как была босиком, так и побежала по коридору.

— Держите халат. В реанимацию, конечно, нельзя. Да, ещё с ребёнком. Но, бог с вами, там ничего страшного. Две минуты, не больше, — она улыбнулась Софи, которая грозно насупилась, давая понять, что никуда не уйдёт, пока Таня надевала халат.

Глубокий вдох, сделанный Таней перед дверью палаты, ещё горел в лёгких, когда их глаза встретились. Влад жадно впитывал взглядом каждую её чёрточку и мучительно всматривался, словно боясь поверить в её реальность. Он был бледный, осунувшийся, заросший щетиной, но, главное, живой, а остальное было неважно.

Кроме мягко пищащего аппарата, запаха лекарств и закрывающего его по грудь одеяла, ничего страшного: ни трубочек, ни проводов, ни капельниц. Ничего, что могло бы напугать ребёнка, за что, наверно, надо бы сказать отдельное спасибо доброй медсестре.

Влад тревожно замер, когда увидел притихшую Софи, вцепившуюся в Танину руку.

— Привет! — сказала Таня, улыбнувшись, и погладила по голове ребёнка, выводя её вперёд себя. — Софи, поздоровайся с папой.

— Бонжур, — посмотрела она исподлобья.

— Софи? — прошептали его сухие растрескавшиеся губы. Влад поднял удивлённые глаза на Таню и повторил: — Софи?!

Она кивнула, а он протянул руку, глядя на ребёнка.

— Ну, здравствуй, Софи! — сказал он чуть хрипло и зажал в ладони маленькую пухлую ладошку.

— Папа, а ты поправишься? — смотрела она на него во все глаза, и Таня видела отражение её серьёзного взгляда в тревожной морщинке, залёгшей между бровей её отца.

— Теперь обязательно, — ответил он очень убедительно.

— Мне понравился снег, — малышка забрала руку. — Ты поедешь со мной кататься на горку?

— Конечно. Я сам построю для тебя самую лучшую в мире горку.

Влад улыбнулся дочери, а потом поднял глаза на Таню.

— Я тебя ненавижу, — прочитала она по его губам.

— Зато нам никогда не будет скучно, — был её ответ.

Эпилог

— Папа! Папа! — Софи со всех ног бежала к нему по лестнице, едва увидев, что Влад вошёл в дверь.

— Мама готова? — поцеловал он повисшую на шее егозу и разогнулся.

— Да, только она пошла переодевать Марка, а Филипп заснул на руках у бабушки.

— Он уже проснулся, — мама вышла из столовой, обгладывая куриную ножку и держа на руке одного из близнецов.

— А ты разве не на диете? — удивился Влад, снимая пиджак, и поднимая брошенную прямо посреди гостиной машинку.

Впрочем, этого можно было и не делать, разве только, чтобы не упасть — по всей комнате были раскиданы игрушки, карандаши, детские вещи.

— На диете, сынок, на диете, — жуя, откликнулась мама. — Но у вас всегда так вкусно кормят.

Возле её ног уже преданно уселся пёс, повиливая хвостом.

— Бонни, иди-ка, прогуляйся, — открыл ему Влад входную дверь. Лабрадор выскочил, но не успела закрыться дверь, когда в неё с улицы уже протиснулся второй такой же пёс.