Книга Под каблуком у Золушки, страница 128 – Елена Лабрус

Назаров оплатил девушке индивидуальную палату, и это оказалось для неё худшим наказанием, чем лежать в тесноте и вони общей — поговорить не с кем и по каждой мелочи приходилось дёргать дежурную медсестру.

Это она им поведала, пока Таня поправляла ей подушку, а Оксанка открывала окно, чтобы её не стошнило от запаха мази Вишневского или какой другой такой же резкой гадости.

— Вот уж вашего нашествия так точно не ожидала, — разрумянилась Инночка толи от стыда, толи от свежего воздуха.

— Не знаю, что ты имеешь в виду, татаро-монгол, саранчу или рок-фестиваль, — подвинула к ней свой стул Таня. — Но мы здесь по делу, а не ради твоего удовольствия.

— Вы же обе уволились, — не понимала девушка.

— Не важно. Скажи, помнишь был у нас как-то тренинг, и вёл его такой смазливый тип с козлиной бородкой?

— Оскар? — расплылась в улыбке Инночка.

— Оскар, — всплеснула руками Таня. — А фамилия у этой кинопремии есть?

— Кажется, Вуд. Я не спрашивала, но его так представили.

— А о чём ты спрашивала?

— Откуда он приехал. Где живёт его семья. Трудно ли было освоить русский язык. Да, много о чём. Мы же встречались. Ну, пару раз в кафе посидели. А потом он с этой дылдой из бухгалтерии вроде встречаться начал.

— Юля, наверно, — подсказала Оксанка. — Стройная такая девушка, светленькая. Очень симпатичная.

— Да, да, с Юлькой. Но вроде тоже не заладилось у них. Потому что он какой-то странный. Водит всех в одно и то же кафе, садится за один и то же столик, и никогда не смотрит в глаза. Всё время по сторонам.

— А кафе называется? — встала Таня, как будто всё уже узнала.

— «Солёный пёс». Он говорил, оно на английский паб похоже.

— По родине, значит, скучает. Ну, ну, — кивнула она. — Ладно, пока!

— Поправляйся, — Оксанка тоже встала и пошла к двери.

— Что даже спасибо не скажете?

— Так тебя смотри уже как красиво отблагодарили, — повернулась Таня. — И всё за то, чтобы думала, прежде чем беременных женщин обижать, да к чужим мужикам цепляться.

— А мне её жаль, — сказала Оксанка, спускаясь по лестнице.

— А мне нет, — подала ей руку Таня. — Слава богу, что в этой машине оказались не ты и не я.

Оксанку не хотели посвящать в дальнейшие планы, но она настояла. Тем более Кай вышел на связь, и пока в офисе они с Алексеем решали рабочие вопросы, она просто улыбалась, рассматривая на экране монитора его загоревшие руки, хвостик, в который он затянул на макушке свои мешающиеся волосы, и просто слушала его голос.

Его дела затягивались. Она и не догадывалась, что он взялся там ещё заключить договоры на поставку оборудования, и решить другие рабочие вопросы. К счастью, все они вроде уже подходили к концу.

По «колзобородому» он тоже всё внимательно выслушал.

— Подключите Шаталину, — сказал на прощание Алексею Кай.

Лёшка записал продиктованный номер и деликатно вышел.

— Счастье моё, потерпи! Я два вечерних платья уже надевал, ещё два осталось, — Кай улыбался ей с экрана, словно был совсем рядом. Жаль нельзя протянуть руку и притронуться к нему.

— Хорошо, — старалась улыбаться и Оксанка.

— Завтра я уезжаю на несколько дней на остров. Не теряй меня. Если смогу, пришлю тебе фотки с видами Майами.

— А что Альваресы?

— О, — сморщился он. — Меня записали, обещали перезвонить. Там всё так серьёзно. Так что, буду ждать. Скучаю по тебе как одержимый. Люблю тебя!