Книга Элемента. L, страница 141 – Елена Лабрус

— Это не моя кровь, мам, не волнуйся! Все хорошо!

— Я не могу не волноваться. Я так испугалась! Там, правда, очень много крови.

— Мам, я же врач!  На моей работе всякое бывает!

— Но раньше ты не приносил свою работу домой! - не сдавалась она, но слышно было, что она уже улыбается, - Скажи, мне сразу выкинуть эти вещи или стирать?

И вдруг ему пришла в голову одна идея.

— Брюки можешь выкинуть. Скажи, а Алька дома? – неожиданно спросил он.

— Нет, конечно, они с отцом на работе. А причем здесь Алька?

— Но она в городе? – не унимался он.

— В городе, в городе. Но на работе!

— Мам, положи, пожалуйста, свитер в пакет и попроси ее сделать анализ этой крови, - ответил он, - Только пусть, если можно, сегодня!

— А, если нельзя? Это же Аля! – сказала мама со знанием дела.

— Ну, пусть сделает, как только сможет! И, пусть как сделает, мне позвонит, хорошо? - попросил он.

— Хорошо, я передам, чтобы сделала и позвонила, но не уверена, что она меня послушает, - вздохнула мать на том конце трубки.

— Скажи, что это очень-очень важно! Просто вопрос жизни и смерти! – умолял Дэн, - Ну ты знаешь, что ей сказать, чтобы она послушалась!

— Ладно, я постараюсь, - согласилась София. - А это действительно важно?

— Ты даже не представляешь себе насколько!

Он нажал на сброс и начал спешно надевать свою больничную форму.

Ни разу еще ему не приходилось ходить по больнице так далеко в своем невидимом виде. Но ему срочно нужно было кое-что проверить. Больше всего он опасался встретиться с кем-нибудь на входе в стеклянных дверях. В отличие от всех известных сказок о невидимках, алисанги отражались в зеркалах и прочих поверхностях, будучи невидимыми. К счастью, он практически ни с кем не встретился, в палате у Евы тоже никого не было, и она спала. То, что он хотел проверить, стало ясно ему уже у дверей. Он больше не видел ее память. Он видел Еву такой, какая она есть, возможно, чуть размытую искажением измерения. Так видели друг друга все алисанги. И память друг друга была для них недоступна. Но только после инициации. И Ева, видимо, прошла эту инициацию, когда он пытался защитить ее от пули. Он не знал радоваться этому или огорчаться. Он не знал вообще, что ему делать. Он смотрел, как она спит и ему стало страшно, что она сейчас проснется и увидит его. Ведь она уже видела, когда он выдернул ее из тела, и рано или поздно она начнет задавать вопросы. А у него пока не было ответов.

Он выдохнул, чтобы зафиксироваться и больше не приходилось ходить невидимым по лестницам, и хотел осторожно выйти, но сделал лишь пару шагов, а она открыла глаза.

— Привет, красавица! – сказал он тихо.

— Доктор Дэн! – обрадовалась она, оценивая его униформу.

Он наклонился ее поцеловать. Получилось чуть более чувственно, чем надо для дежурного поцелуя.

— Чего-нибудь хочешь? – спросил Дэн и вдруг понял, что голоден.

— Нет, ничего не хочу, - ответила Ева, и хоть она старалась держаться, было заметно как она пока слаба.

— Везет тебе! А я вот со вчерашнего дня ничего не ел, - пожаловался он, стараясь делать вид, что всё в порядке.

— Бедненький, - она погладила его здоровой рукой, - так беги скорее ешь!

— Не возражаешь, если я приду есть к тебе?

— Просто настаиваю на этом! – улыбнулась ему Ева, и когда он уже был в дверях, добавила,-  И захвати мне компот!