Книга Элемента. М, страница 83 – Елена Лабрус

— Это старая история. Мы с твоим дедом как-то смолоду характерами не сошлись. А потом они против этих отношений были. А я договорился и Серёгу с матерью твоей официально расписали. Тогда они меня и вовсе за врага народа сочли. А потом Сергей погиб. И всей истории конец.

— А мама? - просила Ева.

— Да она то ещё девчонкой совсем была. Оба они ещё детьми, считай, были. Она ходила ко мне какое-то время. Но нам вдвоём с ней только хуже было. Она, наверно, хотела все забыть. А я наоборот, забыть боялся. И не хотел. И не мог. Ей было со мной в стократ тяжелее это пережить, чем одной. И она вскоре уехала в город. На совсем. А я остался. Один.

И дед снова сказал это без горечи, без укора. Ева посмотрела на него пристально. Может это какое-то заболевание, когда эмоции настолько притупляются, что становится всё равно. А может, дед стар и мудр, потому так спокойно ко всему относиться.

— Вы так равнодушно обо всем этом рассказываете, - не выдержала Ева.

— Это не равнодушие, как ты изволила сказать, - хитро улыбнулся он, - Это большой опыт и отличная подготовка.

— Подготовка? Как у спецагента что ли? - пошутила Ева.

Но посмотрев на деда, лицо которого ничего не выражало, поняла, что шутить об этом не стоит.

— Вы же в КГБ работали? - понизив голос, спросила она. Слухи про деда дошли и до неё, только она не сразу сообразила, что он тот самый дед.

— Где я только не работал, - улыбнулся дед, обнажив ровные белые зубы.

Больше о его работе Ева расспрашивать не рискнула.

— Мне жаль, что я не была знакома с вами раньше, - виновато улыбнулась Ева.

— А я рад, что мне довелось с тобой познакомиться сейчас, - снова хитро улыбнулся дед, - Доктор твой сильно мне моего Серёгу напоминает. Из него выйдет тебе хороший муж!

Еву словно током пронзило при этих его словах. И очень хотелось сказать: "Ваши бы слова да богу в уши!", но она промолчала. И этот старый чекист тоже промолчал, хитро глядя на покрывшуюся румянцем девушку. Она встала.

— Можно я ещё как-нибудь зайду? - сказала она, пятясь к двери, - Правда, меня скоро выписывают, но я постараюсь.

— Буду рад, - сказал он просто.

До Евиной палаты было всего несколько шагов. Она упала на свою кровать, глядя в побеленный потолок. Определённо её детские познания были сильно ограничены тем что нравилось и что не нравилось её родным. Они не хотели вспоминать о мамином первом замужестве, и Ева никогда о нем не думала, и ничего не знала. Оно казалось ей мимолётным, незначительным, фиктивным, но каким оно было на самом деле? Было странное чувство. Словно там, где всю жизнь была просто стена, неожиданно обнаружилась дверь, а за ней комната. И в комнате этой жил человек, о котором она ничего не знала. А он жил, дышал, любил и умер таким молодым! И эти ассоциации с дверями и комнатами снова вернули её к Дэну и его странных способностях. Он умеет проникать в чужую память. Но его слишком долго не было. И его способности, как и он сам казались Еве сейчас нереальными, неправдоподобными. Ей казалось, что это чувство вообще преследует её с самого дня похорон. И заставляет её постоянно во всем сомневаться. И в реальности происходящего и даже в собственной вменяемости. Она достала телефон. Она даже с подругой не может этим всем поделиться, потому что невозможно это рассказать. Это звучит как бред. Возможно, это и есть бред. "В конце концов, хоть про деда я ей могу рассказать!" - обрадовалась Ева, и пальцы побежали по буквам на приветливо засветившейся клавиатуре.