Книга Моя и точка!, страница 70 – Елена Лабрус

— Да как ты смеешь, сука! — подскочил Марат. — Я не продавал…

— Сядь! — пригвоздил его взглядом Марко. И ведь тот заткнулся, послушался. — Ты неужели наивно думал, что я здесь просто так? Или думал мне правда нужна эта работа?

— А что тебе было нужно?

— Убедиться, что ты козёл. Как и подозревал Павел Михайлович. Потому он и не оставил деньги в компании, знал, ты запустишь в них лапу. Потому не передал их по завещанию дочери — понимал, что Ия отдаст их тебе сама.

— Ну а ты-то здесь причём?

— Я? — улыбнулся Марко и потрогал разбитую губу. — Ну как тебе сказать. При всём.

Глава 66

Марко опёрся спиной о кухонный стол, сложил на груди руки.

— Кто-то же должен был сделать всю эту работу. Аккуратно, незаметно, ювелирно. Чтобы ты и не понял, где именно тебя развели. Но при этом наглядно показать, как ты, четвероножно бодликаво травопасало, ради наживы легко откажешься от семьи, продашь жену и не погнушаешься пойти и на подлог, и на воровство. Это заняло у меня несколько больше времени, чем я думал, — он посмотрел на Ию, улыбнулся. — Но это стоило того.

— Ох, дети мои, — мама положила руку на сердце и встала. — Вы только, пожалуйста, больше не деритесь, а я пойду, лекарство приму, полежу. Для меня всё это слишком.

— Помочь тебе? — подскочила Ия.

— Нет, нет, — отмахнулась она. — Скажи мне только одно, Марко. Правильно ли я поняла, что компания моего мужа не была убыточной? Что вот все эти деньги, — она показала на вексель, — он ведь заработал?

— Конечно, мам, не была, — обняла её Ия, отвечая за Марко. — Его «старый «Москвич» оказался куда крепче, чем можно было ожидать. Папа был очень мудрым человеком, провидцем в своём деле и крепким, могучим дельцом. Он не прогадал, не ошибся, не проиграл. Ты можешь им гордиться.

— Я горжусь. Тобой. Ведь ты его дочь, — погладила она Ию по плечу и вдруг с удивлением уставилась в окно. — Иечка, там к вам гости.

— Я встречу, — Марко мягко остановил Ию и вышел сам.

— Ия, — опухшие глаза Марата сверлили её из-под красноты, что завтра грозила превратиться в чернильную синеву. — Я тебя не продавал. Не продавал!

— Правда? — усмехнулась она, глядя как тяжело ступая, вразвалочку к дому идёт уже знакомый ей пожилой араб. — Это ты ему скажи.

— Селим?! — снова подскочил Марат.

— И тебе не хворать, Марат Аркадьевич, — кивнул мужчина. Склонился к руке Ии. Потом очередь дошла до мамы. Целование рук её смутило, она порозовела, но ответила с присущим ей достоинством, без суеты.

Ию же куда больше занимала женщина, что вошла следом вместе с Марко. Даже то, как он придержал для неё дверь, уже говорило о том, что эта темноволосая пожилая женщина для него особенная. Не просто особенная — он был так похож на неё. Синевой глаз. Улыбкой. Осанкой. Этой прямой спиной, что характерна лишь для людей уверенных в себе, сильных, и, наверно, прекрасно осознающих свою привлекательность.

Ласково обняв женщину за плечи, он не заставил Ию долго томиться в догадках.

— Мама, это Ия.

— Значит, это твоя Ия? — улыбнулась она, и, глядя на Ию со свойственным матерям придирчивым любопытством, протянула руку. — Мы знакомы, Иечка, вы мне звонили. Это я купила виллу в Дубай, что начал строить ваш отец и продал муж. Бывший, — уточнила она, но Марата поворотом головы не почтила.