Книга Девушка в шляпе и собака на трёх лапах, страница 10 – Елена Лабрус

По понятным причинам, кроме любителей собак редко кто отваживался добровольно ходить по этому газону. Администрация парка одно время боролась с собачниками, но потом, сдалась. Чище от этого не стало, но и грязнее тоже. И пусть по их городку не развешивали на каждом углу чёрные пакетики для собачьих экскрементов, как, например, во французском Довиле, не стал он и элитным курортом, да и берега его остались галечными, а не покрылись мелким песком, но люди уже учились уважать не только свои потребности, но и других людей, и, главное, собак.

Собаки всех мастей весело бегали за предметами разной степени упругости, услужливо бросаемыми хозяевами, а её хромой друг привычно разлёгся под кустом, обозначенным «до встречи».

Амон поднялся и приветливо замахал хвостом. Генка тоже обрадовалась и ему, и тому, что дошла вовремя.

Июльским вечером, когда дневная жара уже спала, но солнце ещё падало косыми лучами на землю, небо становилось ниже. И то, что называли небесами, как место, где всегда ждут, тоже казалось ближе, осязаемей, уютней. В этот покой хотелось влиться и остаться с ним навсегда. Именно это мгновенье остановить в застывших глазах. Не удивительно, что большинство её клиентов выбирали именно вечер.

Женщина уже ждала. Со своего места Генка видела лишь её затылок и длинную тень инвалидного кресла, но точно знала, что это она.

Девушка перевела дух. Дорога далась ей нелегко, но она сконцентрировалась на поставленной задаче, думала о человеке, которому в эти минуты намного тяжелее, чем ей, и это помогло ей преодолеть дорогу.

Геннадия никогда не разрушала магию последних минут. Не здоровалась, не обращала на себя внимание. Не спрашивала: «Вы готовы?» Разве можно к такому подготовиться?

Она подходила так незаметно, как только могла. Иногда ей помогал Амон. Он отвлекал на себя внимание. Клал морду на худые колени. Влажный чёрный нос тыкался в слабые ладони. Печальные собачьи глаза заглядывали в душу. Он сам был там однажды, на самом краю, на той границе, где жизнь становится ничем. Он видел смерть этими внимательными глазами. С ним уходить было не страшно.

В этот момент Генке оставалось только сделать укол.

Комариный укус саднил сильнее. Маленькая пластиковая капсула с лекарством. Несколько капель смертоносного вещества. Её бабушка разработала эту смесь. Генка гордилась тем, что довела её до совершенства. Ни боли, ни страха, ни неприятных ощущений. Как незаметно человек из бодрствования проваливался в сон, также незаметно из жизни он переходил в смерть.

Девушка посмотрела на часы и подала знак собаке. Но безотказный Амон вдруг заартачился. Вместо того, чтобы идти вперёд, он сел у ног.

Генка подала условный знак ещё раз. В ответ пёс лёг и, положив морду на лапы, тихонько заскулил.

Светлый затылок женщины тут же показался неестественно безжизненным. Чтобы не привлекать внимание, девушка кинула в сторону первый попавшийся под ноги сучок. Эту команду Амон выполнил. А она, придерживая шляпу и усиленно делая вид, что наблюдает за собакой, прошла вперёд и развернулась лицом к креслу.

Смерть и сон невозможно перепутать. Женщина мертва, хотя, неестественно закинув голову и приоткрыв рот, казалась всего лишь спящей. Длинная шея выгнута подобно лебединой, руки безвольно свесились.