Книга Измена. Мы (не) твои, страница 63 – Анна Арно

— Вы меня не поняли, Василиса, — отвечает женщина, — мы не намерены выкупать ваши эскизы. Мы хотели бы предложить особые условия по сотрудничеству. С сохранением вашего имени на ваших работах, как бренда. Если сработаемся, то можем говорить о долгосрочной перспективе.

У меня аж дыхание спирает.

Они согласны сделать мое имя брендом?

Я ведь медлила с реализацией своей идеи именно потому, что новичков обычно не принимают всерьез. И как бы хороша и талантлива не была работа, ее скорее припишут бренду. А самому создателю выпишут премию и оставят не у дел. И меня такой расклад не устраивал. Может показаться слишком эгоцентрично. Но конкретно с этой моей первой коллекцией я бы хотела быть связана сама. Она ведь и правда получилась слишком личной. Разве могла я ее продать за какие-то там, пусть даже щедрые откупные?

А эта женщина говорит просто о каких-то царских условиях!

Даже если мне не будет полагаться гонорар, и я начну зарабатывать только, когда коллекция начнет продаваться. Вернее если. Если начнет продаваться.

Но ради своей мечты я готова и бесплатно потрудиться. Лишь бы увидеть свое имя на бирке.

Это же просто волшебно!

— В любое время могу, — выдавливаю я, вне себя от счастья.

— Договорились, — голос этой женщины с каждым ее словом начинает казаться все приятнее. — Тогда я вышлю вам адрес и время встречи в сообщении. Всего доброго.

— И вам, — почти пищу я от восторга.

Кладу трубку и несколько секунд стою и пытаюсь осознать, что это вообще было.

Еще минут десять назад я считала этот день едва ли не худшим в жизни. Но теперь один звонок все перевернул с ног на голову и я не могу перестать улыбаться.

Боже, как хорошо мне сейчас.

Хоть бы только все получилось.

Если мне удастся пробиться в мир моды, то мой сынок точно ни в чем нуждаться не будет.

Не помня себя от счастья шагаю к лифтам, когда меня окликает консьержка:

— Васенька, а где же вы с Даней были целую ночь? — она озабоченно рассматривает меня с головы до ног. — Я волновалась, что вы так долго не возвращаетесь.

— Так ведь нельзя было возвращаться, — пожимаю я плечами. — Вот мы и перекантовались у знакомых.

— Почему нельзя? — она отмахивается. — Да та тревога была всего минут двадцать и сразу обратно все пошли.

— Правда? — хмурюсь я, вспоминая слова бывшей свекрови: — Кстати я слышала, что это нарочно кто-то включил. Правда что ли?

Вахтерша вздыхает как-то виновато:

— Раз ты уже знаешь, то и врать не стану.

— И кому же такое в голову могло прийти? Что за детские развлечения? Заняться больше нечем? — негодую я.

— Да поди ж этих богачей разгадай. Он видать считает, что раз здание его, то и все люди теперь в его власти, — сетует консьержка. — Но разве ж с таким поспоришь? Этот Руслан Алексеевич вообще ни бога, ни черта не боится. Что хотят, то и воротят! Никакой управы на него нет.

Руслан?!

Так это он устроил? Из-за… меня что ли?

Ну уж я найду управу на этого невоспитанного мерзавца!

Вхожу в квартиру, стараясь не шуметь, на случай если малой спит. Но в доме так тихо, что даже будто слух режет. Подозрительно…

Сунув букет подмышку толкаю дверь в свою спальню, уже догадываясь, что никого там не найду. Так и есть. Кроватка пустая. Как и моя кровать.

Сбежала все-таки. А я как дурак понадеялся, что захочет остаться со мной по доброй воле. Потому даже Жору не стал оставлять в этот раз. Надеялся, что заинтересовал ее, хоть немного ей открывшись. Но очевидно я недооценил упрямство этой заразы.