Книга Поместье Блэкторн, страница 78 – Джей Ти Джессинжер

— Зачем?

— Я хочу эксгумировать парочку Блэкторнов.

— Ты хочешь отрыть тела своих родственников?

Услышав его шокированный тон, я закатываю глаза:

— Нет, золото, которое они закопали на заднем дворе. Конечно же, тела.

— Не говори так, будто с моей стороны нелепо удивляться. Не каждый день кто-то решает перелопатить кладбище. И, кстати, зачем тебе это нужно?

— Я хочу подтвердить одну свою теорию.

Я предпочитаю не конкретизировать, так что он кислым голосом спрашивает:

— Не хочешь поделиться? Или ты ожидаешь, что я просто отдам тебе чемодан с наличными, не задавая никаких вопросов?

— Ну, на самом деле, в идеале да. А ты отдашь?

Он смеется.

— Ладно. Я обнаружила кое-какую информацию о том, что мои родственники умерли очень странным образом, но, поскольку им не проводили вскрытия, я не могу ничего подтвердить. Патологоанатом поможет во всем разобраться.

— Умерли очень странным образом?

— Теперь я как следует подумала и поняла, что не надо было тебе говорить.

— Потому что ты считаешь, что меня ненавидишь, хотя на самом деле нет?

Улыбка в его голосе раздражает. Впрочем, ничего нового.

— Нет, потому что частный сыщик, которого я наняла, предупредил, что твое семейство запустило свои грязные маленькие ручонки во все дела, творящиеся в этом городе. А это значит, что ты тоже можешь быть замешан.

За этим следует оглушающая тишина. Он каменным голосом спрашивает:

— Скажи мне, что сейчас не обвинила меня в причастности к смерти твоих родственников…

— Это было не обвинение. Если только очень косвенно.

— …сразу после того, как попросила у меня денег, чтобы порыться на кладбище.

— Да. Мне нужно примерно двадцать тысяч.

— Вау. Это нахальство даже для тебя.

— Я вижу ситуацию так, что отказать ты не можешь, ведь это будет подозрительно. Ты почти укажешь на себя как на преступника.

— Ты хоть слышишь, что вылетает у тебя изо рта?

— Если тебе нечего скрывать, то что тебе мешает?

Он посмеивается:

— Ты зарыла в землю талант прокурора. Изучение насекомых – слишком спокойное занятие для такого экстравагантно устроенного ума, как твой.

— Ты единственный, кто может превратить грязную клевету в комплимент. Ты дашь мне денег или нет? – Когда он слишком долго молчит, я вздыхаю. – Забудь переговоры о сексуальных услугах.

— Кто вообще о них говорит? Но раз ты это упомянула…

— Слушай, я знаю, что ты лично ни к чему отношения не имеешь.

В его тоне пропадает дразнящая нотка, и он мрачнеет.

— Ты говоришь о моем отце.

— А ты бы мог с чистой совестью сказать, что он неспособен на убийство?

— Я знаю, что способен.

Его ответ такой неожиданный, что я теряюсь.

— Звучит весьма туманно. Можешь развить свою мысль?

— Нет.

— Он кого-то убил?

После напряженной паузы он спрашивает:

— Тебе когда-нибудь приходило в голову, что некоторых вещей лучше не знать?

Я белею:

— О боже. Твой отец убийца.

— Ты бы слышала, как у меня сейчас закатываются глаза.

— Ты практически признался!

— Я просто хочу сказать, что не все семейное грязное белье нужно сушить на улице.

Я начинаю расхаживать взад-вперед у изножья кровати:

— Ты же знаешь, что мои тетки считают, будто он имел какое-то отношение к смерти моей мамы?

После подозрительно долгой паузы он говорит:

— Нет, не знал. А почему они так думают?

— Потому что они… Постой. Мне кажется, мне не стоит тебе говорить.