Книга В поисках Оюты, страница 140 – Мария Лунёва

Слушая Шу вполуха, снова внимательно пробежалась взглядом по бумагам.

— Они брат и сестра? — сделала я довольно странное, но просящееся на ум предположение.

Не то чтобы я понимала что-то в генетике, просто были у нас в приюте случаи, когда мужчины носились с этими анализами, пытаясь доказать, что дети не их. Бывало и в нос мне их тыкали, как будто их семейные проблемы хоть как-то меня касались.

И да, я действительно возила Оюту к генетику на обследование, чтобы выявить скрытые мутации, которые в последствии могли бы вызвать заболевания.

— Но, — я перевела взгляд на фарама, — они не могут быть братом и сестрой. У них абсолютно разный фенотип. Ничего общего.

— Всё верно, дорогая ЛуизаЭхор, — закивал мужчина. — Они именно что брат и сестра, и судя по датам их рождения — двойняшки. Были бы близнецы — пол был бы одинаковый и сходство генотипа 100%. А так — разнояйцевая двойня. Но отец и мать у них одни.

— Нет, нет, нет, — Шу затряс головой. — Подожди, Тагус, выруби реактивные скорости. То есть кто-то выловил их, потому что они родные и у них одна мутация на двоих? Что за мутация-то?

Он задавал правильные вопросы, а я, вцепившись в его руку, все не могла собрать информацию в кучу и осмыслить ее. То есть этот милый маленький мальчишка, который даже до своих годков развитием не дотягивает, брат моей Оюты. Двойняшка.

Но кто украл. Зачем?

Я снова обратилась в слух.

— А с мутацией все, ой, как любопытно. Тут такое дело...— фарам растер ладонью лысый затылок и умолк, выдерживая паузу.

— Да что ты тянешь себя за яйца! — не выдержал Шу. — Словами через рот сказать способен? Что там за ерунда такая премудрая с этими детьми.

Тагус цокнул и, вздохнув, сложил руки на груди.

— Начну с того, что они от межрасового союза.

Я моргнула, прикидывая, что к чему.

— Так, — Шу подался вперёд. — Человеческая женщина и... Давай выкладывай, не держи в себе, друг. Гурсаны, омхи? Кто там ещё у нас из гуманоидов?

— Вархи, — выдал фарам.

— Что? — Я впала в легкий ступор, вспоминая надзирателя в той дыре, в которую меня как рабыню закинули. — Да что общего у моей Оюты и... крыс этих?

Моему возмущению не было предела. Шу бережно поправил на мне одеяло и успокаивающе провел по руке. Сам же он выглядел весьма недобро. Молчал, поджимая губы, и щурился, что-то в уме решая. А может, это он все эти новости переварить пытался.

— Так, — он как-то нехорошо ухмыльнулся и поднял взгляд на нашего собеседника. — Давай-ка еще раз. Наша дочь — полукровка. Человек и... мышь? Но хочу тебе напомнить...

— ... что генотип вархов имеет абсолютный доминантный характер, как и у гурсан, — закивал Тагус.

— У нас сильнее гены, — тут же возразил Шу.

— Не суть, — отмахнулся от него мужчина. — Вот тут мы и подходим к той самой мутации. Дети пошли в мать и внешне ничем не похожи на своего отца. Его гены в них рецессивны.

— Но... бред, — Шу фыркнул. — Вероятно, ошибка.

— Нет, я нашел еще два повторных теста и у девочки, и у мальчишки. Результат один. Теперь ты понимаешь, почему и кто их украл.

Я вскинула голову и невольно сжала запястье Шу.

— Кто? — не выдержав, спросила первой.

— С огромной долей вероятности исследовательский центр Кьямалы — главной планеты вархов, — Тагус развел руками, словно извинялся за плохие новости. — Эти дети не просто интересны им, а ценны. Крысы зациклены на своей внешности и весьма падки на человеческих и омховских женщин. Но дети всё равно рождаются с их фенотипом. А тут такой подарок судьбы. Если упустите, то вернуть не удастся, ШуЭхор. Они, даже получив требования правительства гурсан, не выдадут малышей. Так что костьми ложись, а перехватывай, пока они в руках работорговцев.