Книга Танцы в тумане, страница 33 – Мария Лунёва

Мужчина засмеялся.

— Естественно, Лестра. Я же мертвяк.

— Не говори так, – зло рыкнула я. – Для меня ты живой. Душа на месте, значит, всё замечательно.

— Ничего замечательного в моём существовании нет, – Вьюго вмиг стал злым и грубым. – Я попытаюсь вытащить тебя отсюда. Дотащу до границы тумана, а после ты меня добьёшь, чтобы я не ходил тут неприкаянным до скончания времён.

Услышав такое, я замотала головой. Вот уж чего никогда не сделаю.

— Ты пойдёшь со мной, – упрямо заявила я.

— Нет, – рявкнул он, – ты меня уничтожишь. И это не обсуждается. Туман не выпускает свои жертвы. Мы всегда возвращаемся к нему.

— Ой, много ты знаешь, – я отмахнулась от него. – Моя семья не раз твой туман на хвосте вертела. Не пойдёшь со мной сам, я сюда войско клана Бессон сгоню, и никуда ты не денешься.

— Лестра, о чём ты толкуешь. Вартеса, молодая красивая, одурманивающие пахнущая…

— Чем пахнущая? – перебила я его.

— Сиренью, тот самый запах весны и цветущего сада, – мечтательно произнёс он, и тут же словно отдёрнул себя. – Это для меня ты единственная. А у тебя будет ещё столько вариантов, ты выберешь кого лучше. Не мертвяка.

— Нет, – я сама не знала, откуда у меня такая уверенность, но… – Мне нужен ты. И, Вьюго, знал бы ты меня лучше, понял, что я от своего не откажусь.

— Тема закрыта, – зло проворчал он.

Без церемоний и ничего не спрашивая, я забралась на него верхом и устроилась на его груди.

— Чтобы ты там ни говорил, а мёртвые не греют, – положив голову ему на грудь, прикрыла глаза и погрузилась в лёгкую дремоту.

— Северянин вставай, мы тебе мясо свежее привели, – в моё сознание врезался неизвестный шипящий голос. Вздрогнув, я не сразу поняла, где я.

Испугавшись, дёрнулась, и тут же чья-то тяжёлая рука опустилась на мою спину.

— Хватит обниматься с трупом. Скоро промывка, всё равно её унесёт.

— Не унесёт, – рявкнул… Вьюго, воспоминания лавиной обрушились на моё сознание. – Я своё не теряю.

— На арену, – раздалось снаружи, – слишком ты активен.

Осторожно сдвинув с себя на пол, Вьюго натянул одеяло мне на голову.

— Что на мясе будет, то моё, – проворчал он странным словно чужим голосом.

— Всё, как всегда, палач, ты становишься жаднее.

— Дохлые тоже чувствуют холод, гурон, мой запас жратвы под одеялом не тронь.

— Да, кому нужна твоя дохлая девка. Зря ты её, мог бы и тёпленькой пользовать.

— Тёпленькие громко орут, – хохотнул мой северянин, – а мертвяки сговорчивее.

— И вкусно пахнут страхом.

— Дерьмом они воняют, – рявкнул Вьюго, – потому как гадят под себя с перепугу.

Гурон противно захохотал, а я не могла поверить, что это речи моего мужчины. В памяти что-то шевельнулось. Будто слышала я уже этот ленивый безэмоциональный голос. Только вот где?

Лязгнула решётка, и мой заступник не спеша покинул камеру.

Его не тащили, не волокли.

Нет, он шёл сам.

Спокойный, равнодушный и очень пугающий.

Войдя на арену, Вьюго лениво прошёлся до середины и замер там.

В коридоре послышался шум.

В помещение буквально втащили несколько трясущихся мужиков. Следом вальяжно вошла делегация гурон.

Собирались зрители.

Пленников запихали по маленьким клеткам, как и меня совсем недавно.

Наблюдая за происходящим, я заметила, как местные ползком подтягиваются к решёткам своих камер, чтобы посмотреть бой. Это как-то задело. Неужто не насмотрелись ещё.