Книга Танцы в тумане, страница 77 – Мария Лунёва

— Поймал?! – удивилась я. – Сам. Но как?

— Руками.

— Ого, да ты просто сокровище, а не мужчина, – я попыталась разрядить обстановку. Не нравился мне его зажатый сухой тон.

— Хватит, – рявкнул он и, вскочив, стремительно пошёл в сторону леса.

Его мощная фигура словно растаяла в тумане.

Открыв было рот, я пожала плечами. Да, что с ним с утра.

Так хотелось в этот момент догнать его и как следует приложиться по голове чем тяжёлым, чтобы у него мысли встали на место. Эти перепады его настояния начинали люто раздражать.

Сделав глубокий вдох, я приказала себе успокоиться.

Поджав под себя ноги, отметила, что моя магия делает своё дело. Всё царапины поджили, и стопы выглядели здоровыми. Но всё равно их нужно будет плотно завернуть в ткань. Разгуливать по лесу босиком – это мука.

Обернувшись на туман, какое-то время всё ждала возвращения Вьюго.

Но его видно не было.

Нервно прикусив губу, поднялась и нехотя подошла к воде. Я ещё помнила, какие сюрпризы в ней могут скрываться. Намочив тряпку, обтёрла лицо и шею.

А Вьюго всё не возвращался.

Мне было не по себе. Я так сильно привязалась к этому северянину, что уже и не мыслила своего существования без него.

Вернувшись к костру, уселась на плащ и принялась смиренно ждать, пока его отпустит, и он вернётся готовить завтрак. Большая рыбина составила мне компанию. Вьюго уже разделал её и приготовил к жарке.

А время шло. В животе забурчало.

Я снова глянула на разложенные сырые куски.

На пару мгновений даже стало стыдно.

Что я безрукая, что ли?

Не могу накормить своего мужчину. Сижу и жду, когда мне всё готовенькое преподнесут. Вьюго для меня уже столько сделал, а я и рыбу поджарить не могу. Взяв приготовленную палку, я принялась нанизывать на неё кусочки.

Но эта дурацкая рыба оказалась не так проста.

Она постоянно норовила выскользнуть из моих рук. Пару раз куски падали и мне приходилось бегать к реке и мыть их. Кое-как продев на палку три из шести измученных ломтика, я пристроила её сбоку к огню.

Меня разбирал псих. Я никогда не готовила на огне. Да, я и на печи, чего скрывать, не особо кашеварила часто. Но сейчас я вдруг узнала о себе кое-что новое.

Я совершенная косоручка.

Я испортила всё. И как в довершение моей провалившейся попытке справиться с завтраком, загорелась эта палка с рыбой. Куски подгорели, а внутри остались сырыми. Это выбило меня из колеи. Скинув всё на деревяшку, я позорно разревелась.

Ещё бы Вьюго не психовал. Кому вот такая хозяйка нужна?

Меня, наконец-то, прорвало.

Всё эта рыба! Она оказалась последней каплей, и моя стойкость пошатнулась и дала трещину.

Я рыдала над этой дощечкой, понимая, что это невыход. Что нужно довести дело до конца.

При этом я осознавала, что веду себя как полная дурочка.

Но ничего не могла поделать. Я разочаровалась сама в себе.

— Лестра, – из тумана выскочил Вьюго и понёсся ко мне. – Что? Что случилось? Кто-то напал? Ну, что? Не плач, отвечай же!

— Рыба, – выдохнула я.

— Что с ней? Ну, что ты плачешь? – обняв, он прижал к своей груди и уткнулся носом в мою макушку. Его руки лихорадочно шарили по моему телу: он ощупывал руки, ноги и, кажется, его самого немного трясло. – Лестра. Что с рыбой? Что?

— Я не смогла её пожарить, – призналась я, – такая вот никчёмная хозяйка. Никому такая не нужна. Даже ты отказываешься от меня. Правильно Обертон говорит, такую, как я, и врагу не подсунешь.