Книга Космический приют для хищных растений, страница 3 – Мария Лунёва

— Марка, глянь, — шепнула я.

Подруга подскочила ко мне и помогла распотрошить контейнер.

— Это растение такое?

— Ага, — я осторожно извлекла маленький горшочек, в котором ютился напуганный цветок. — Это венерина мухоловка. Знаешь, какие они нежные и чувствительные! Их реже всего подвергают генетическим мутациям.

— Почему?

— Не выживают бедняжки, — покрутившись на месте, я нашла пластиковый контейнер и аккуратно поставила в него горшочек.

— Где прятать её будем?

— В комнате — твёрдо заявила я.

— А если найдут?

— Нет, — я покачала головой. — Ей на улицу никак нельзя.

Мухоловка, словно поняв, о чём я, приподняла ловушку и закивала ею.

— Какая она миленькая, — поймав муху, Марка пихнула её цветочку. — Ешь, маленькая. Даллия тебя в обиду не даст.

— Не дам, моя ты крошечка, — засюсюкала я, оглядываясь, чтобы никто не поймал меня на этом деле. Авторитет как-никак! — Назовём её Афродита?

— Как богиню любви? — Марка поморщилась.

— Ага, — я потёрла руки, предвкушая, как буду кормить эту красавицу.

— А может лучше "кусачка"? — предложила подруга.

— Да ну... Она вон красотка какая!

Мухоловка довольно расправила листочки и распрямила ловушки красуясь.

— Лапушка, — в два голоса воскликнули мы и пихнули зелёной крошечке ещё по мухе. Она счастливо сомкнула лепестки, переваривая добычу.

— Вот вырасту и создам приют для хищных растений, — мечтательно протянула я.

— А я замуж пойду.

— Фу, — скривилась я.

— За активиста зелёных, — поправилась подружка.

— А, ну тогда ладно, — одобрила я её выбор.

Десять лет спустя

Звонкий свист чайника оповестил меня, а заодно и всех соседей малосемейной муниципальной высотки о том, что пора бы уже и присесть за стол.

Звук нарастал.

Бросив на парящую над полом кровать шёлковую блузку, не попала. Махнув на неё рукой, поспешила на кухню. Щёлкнув ретроклавишей, прекратила это оглушающее безобразие и тут же услышала иной сигнал.

Развернувшись, понеслась обратно в жилую комнату и ... Не успела.

Старенький пылесос-уборщик нагло жевал мою единственную приличную шёлковую вещь. Блузка на глазах исчезала в ненасытном брюхе ползающего робота.

— А ну, отдай! — взревела я, но куда там.

Поняв, что добычу сейчас отберут, пылесос рванул обратно под кровать и притаился там. Встав на четвереньки, я откинула простыню и заглянула в сие убежище.

— Туки, ну, будь хорошим роботом — отдай блузку.

Пылесос зарычал и отъехал ещё дальше.

— Люси! — взвыла я, призывая на помощь «умный дом».

— Я здесь, — раздался громкий электронный голос.

— Завершить уборку!

— Невозможно. Связь с роботом потеряна, — припечатала меня дамочка.

Ясно! Нужно ждать, пока наполнит брюхо и поедет чиститься.

Вот зверюга механическая!

Кто-то легонько коснулся моего плеча. Вскинув голову, уставилась на Лапушку. Моя мухоловка ростом со сторожевого пса, раскрывала пасти алых цветочков, намекая, что уже час как ничего не ела.

— А мух ловить в окне не пробовала? Райончик у нас не ахти. Свалок хватает и летающей живности тоже.

Пасти раскрылись шире. Поднявшись, я сложила руки на груди и нахмурилась, жирно намекая, что мясного филе не будет, во всяком случае до вечера.

Лапушка всё прекрасно поняла: листочки поникли, многочисленные ротики захлопнулись. На жалость давить решила, проныра!