Книга В объятиях страха, или За котом на край Вселенной, страница 32 – Мария Лунёва

На кухне послышался скрип стульев. Суета. Звон тарелок.

Кажется, нас будут кормить. Я бы не отказалась от бульона. Пусть и самого дешевого.

Звук шагов. Входная дверь со стоном открылась и резко хлопнула. Дядя Маркуса ушел.

Но расслабиться я не успела: на пороге комнаты появилась женщина.

— Уже поздно, молодые люди, ужинаем и готовимся ко сну. Вы уж нас простите, мисс Илистрон, но чем богаты, тем и порадуем за столом. Маркус, сынок, подумай, как удобнее устроить своих друзей.

Я покосилась на диван. Он бы мне вполне сгодился. Но сама мысль, что я останусь здесь на ночь, пугала. Все было не так, как всегда.

Поднявшись со стула, выглянула в окно: вместо голубого неба и крыш небоскребов я видела нижнюю платформу станции и бесконечные потоки людей.

Трущобы жужжали, словно улей, и спать совсем не желали.

— Лидия займет диван, – по-хозяйски распорядился док. – А ты, Ан, ложись на полу. Я кину тебе одеяло. Если будет твердо…

— Нет, нормально, – быстро согласился Друз. – Я к такому привыкший.

— Отлично. – Женщина негромко хлопнула в ладоши. – Вы, я вижу, приютский?

— Заметно? – Эта реплика помощника меня озадачила.

— Я же тетя психотерапевта, – отшутилась она.

Моргнув, я обернулась на мужчин.

Все, что я желала сейчас, – это смалодушничать и вернуться в огромное здание Илистрон-хауса. Забиться в свой кабинет, откинуться на спинку кресла и закрыть глаза.

— Как раньше уже не будет, Лидия, – прошептал надо мной Маркус, тихо приблизившись. – Диван твой, сестренка. И знай, моя маленькая подружка, все будет хорошо. Просто заучи эту фразу и повторяй, как мантру, пока не поверишь в эти три слова.

— Нет, метод не сработает, док. Кого мы обманываем, ничего не выйдет…

— Лидия, соберись! Ты никогда не ныла, чего сейчас начинаешь. Я твой друг. Мы начали игру, так собери всю свою смелость и иди со мной до победы. Я обещаю, там, в конце пути, тебя ждет много сюрпризов. Но для того, чтобы принять их, ты должна вырасти.

— Док, мне уже не двадцать…

— Тебе все еще пять, и этого ребенка в тебе пора выводить в свет. В доме лишь ты, я, Друз и мои приемные родители. Думаешь, они опасны для тебя?

— Они…

— Нелюди? – Он весело усмехнулся. – Как и ты. И Друз. В груди моей тетушки бьется искусственное сердце. Ведь ты не думаешь, что от этого я должен любить ее меньше или она стала для меня кем-то другим?

— Не надо сравнивать меня с вами, док. Я вижу, куда ты ведешь. Вроде как и я достойна того, чтобы меня любили.

— Вот именно, сестренка. Тебя любят, и не нужно заслуживать право на это чувство. Ты слишком долго шла на поводу у своих страхов. Определись хотя бы, чего ты боишься, а лучше – кого?

Зло стиснув челюсти, я отвернулась к окну.

Сверху послышалось шипение шлюза. Мгновение – и на платформу с грохотом влетел ярко подсвечиваемый неоном состав.

Последний рейс.

Перед глазами развернулось расписание метро. Время отправления и прибытия вспыхивало желтым, раздражая.

Тряхнув головой, чтобы отогнать наваждение, я повалилась на диван.

А что еще мне оставалось?!

Время медленно подбиралось к полуночи. Сидя на диване поджав ноги, я задирала голову, пытаясь рассмотреть в окно, что же там, наверху.

Как здесь люди живут? Это какой-то кошмар! Ни неба, ни звезд. Вокруг лишь холодный металл. Как в коробе заперли.