Книга Тайна антикварной лавки, страница 61 – Ирис Харди

В горах смеркалось быстро. Тяжелое, налитое свинцом небо опустилось к самым вершинам Серых гор, осыпая скалы колючей ледяной крошкой.

Аскольд шел по заснеженной тропе вверх, к хижине Агаты. Его окованные железом сапоги с глухим хрустом въедались в плотный наст. На плече колдуна висел вместительный кожаный баул, в котором он нес свежий пшеничный хлеб, кусок вяленого окорока, головку овечьего сыра и редкую для зимнего города роскошь — яблоки.

Два дня он крутил в Нижнем городе кровавое веретено. Два дня устроил из поиска пришелицы такой безумный спектакль, что стражники Герцога до сих пор со страхом вспоминали перевернутые вверх дном подвалы портовых контрабандистов. Герцог с замиранием сердца следил за его «усердием». Паутина плелась идеально. Время работало на Аскольда. Через сутки эликсир Оливера будет готов, сестру вывезут из замка, и он заберет Элис из этой горной глуши, чтобы навсегда исчезнуть из проклятого королевства на корабле, с капитаном которого он давно договорился.

Мысль об Элис заставила его едва заметно улыбнуться.

Всю дорогу наверх, преодолевая ледяной ветер, он ловил себя на совершенно немыслимом для себя чувстве. Это было трепетное предвкушение встречи с Элис. Он хотел снова увидеть эти вспыхивающие огнем темные глаза, услышать ее голос. За эти два дня ее образ прочно поселился в его голове, вытесняя многолетнюю тьму и усталость. Впервые за долгие годы он рисковал жизнью не просто ради выживания, а ради того, чтобы уберечь этот маленький, теплый огонек, который так странно и беспардонно ворвался в его искалеченный мир.

Тропа вывела его к каменному домику, но вместо привычного тонкого дымка над печной трубой Аскольд увидел лишь темную, промерзшую лачугу. Очаг не горел.

Сердце Дракона на мгновенье замерло.

— Агата? — позвал колдун, толкая ногой не запертую на засов дверь.

Дверь с жалобным скрипом отворилась.

В хижине царил хаос. Перевернутая скамья, разбитые глиняные кувшины на полу. Старуха Агата сидела в углу у тускло тлеющих углей. Её руки колотились мелкой дрожью, а глаза были расширены от ужаса.

— Аскольд, — прохрипела она, завидев его высокую фигуру в проеме. — Аскольд, прости меня. Не уберегла!

Аскольд в три шага пересек комнату. Кожаный баул с едой с глухим стуком упал на пол, яблоки раскатились по грязным доскам, но колдун даже не взглянул на них. Он схватил старуху за отвороты овчинного тулупа и рывком поднял её на ноги.

— Где она? — голос Дракона упал до леденящего шепота. От него метнулась волна магии и воздух в хижине мгновенно вымерз, а иней на стенах пошел трещинами. — Где Элис?

— Соль закончилась, — заикаясь, пробормотала Агата. — Овцы паршой пошли. Я её послала на ярмарку у подножия! Думала, там свои, горные, никто не тронет. Она капюшон натянула, а они сюда пришли, а потом за ней спустились.

— Кто? — Аскольд сжал пальцы так, что сухожилия на старушечьих плечах затрещали.

— Серые! — запричитала бабка. — «Гончие» из Темного Ордена! Аскольд! Они знали, кого ищут!

Аскольд разжал пальцы. Агата мешком осела на скамью, судорожно хватая ртом воздух.

Колдун быстро развернулся и вылетел из хижины. Его сапоги почти не касались снега, когда он бежал по склону к месту, где был рынок.

У самого края кручи, там, где снег был перерыт копытами коней и исчерчен следами борьбы, он остановился. Из-под снега выглядывал маленький темный лоскут.