Книга Личная юрэй первого принца. Том 2, страница 40 – Селина Катрин

Он догадался:

— Учебная комната?

— Да!

— Госпожа Юлия желает изменить расписание уроков с сенсеем Тадаси? — произнёс он.

— Да.

— Отменить всё?

— Нет, ни в коем случае!

— Увеличить количество занятий?

— Да.

— Поставить два раза в седмицу?

Я завила дым колечками, показывая неопределённость.

— Три раза? Четыре? — терпеливо уточнял Икари-сан, пока не выдал желаемое: — Ежедневно подойдёт?

— Да!

К чести Икари-сана, за все полчаса, что я доносила мысль, они ни разу не повысил голос и не ругался, что меня невозможно понять. Лишь галантно переспросил, правильно ли всё понял.

— Будет исполнено, госпожа Юлия. Я лично передам ваше пожелание сенсею Тадаси и распоряжусь, чтобы вам выделяли дополнительное время.

«Спасибо», — благодарно выдохнула я в дым.

Видел бы меня сейчас бывший начальник. Он бы прослезился от гордости. «Юля научилась делегировать вопросы через помощника на иностранном языке без устной речи». Вот это гибкие навыки коммуникации!

После общения с Икари-саном я нашла пустующую гостевую комнату на третьем этаже (неиспользуемых комнат во дворце вообще было, на мой взгляд, многовато, но они всегда стояли в полном порядке) и принялась тренировать свои магические таланты. Я твёрдо решила, что нечего им пылиться. Первое — переодевание и преобразование собственного тела — давалось уже не так сложно, как поначалу, и служило разминкой. Второе — игра с дымом — давалось значительно сложнее, но и потенциал у навыка был огромным.

Вечер я посвятила тому, что давно откладывала как «неважное». Я решила исследовать весь дворец Аккрийских как следует, а чуть позже ещё и более внимательно изучить быт обычных горожан. Стыдно признаться, но я провела в этом мире уже приличное количество времени, а до сих пор плутала в том же дворце, как турист в Эрмитаже.

Оказывается, здесь всё построено по определённой схеме: восточная часть была отдана страже. Там размещались казармы, оружейные, тренировочные дворики, и в любое время суток оттуда доносился либо лязг, либо строевые команды, либо и то, и другое сразу. Западная часть принадлежала женщинам: павильоны для благородных леди и служанок, комнаты для рукоделия, для игры на музыкальных инструментах и пения, несколько закрытых просторных садов с живописными прудами, куда мужчинам без особого приглашения соваться не полагалось. Северное крыло венчал Небесный павильон — главная резиденция принцев Аккрийских, самое высокое и самое парадное здание дворца, где располагались залы для приёмов и аудиенций, собраний чиновников и покои для многочисленных гостей из знатных драконьих родов на случай многодневных праздников. Через южные ворота, как я выяснила, понаблюдав, дозволялось заходить и выходить только слугам. В этой части находились кухни, прачечные, кладовые и бесчисленные хозяйственные пристройки, которые снаружи выглядели как непримечательные здания, только огороженные дворцовой стеной.

Когда я облетела весь дворец и поняла общую схему построения, у меня в голове щёлкнул тот самый механизм, в прошлой жизни помогавший распутывать сложные корпоративные клубки. Всё сразу встало на свои места, и я перестала плутать. Теперь дворец оказался не хаотичным нагромождением коридоров и пагод, а вполне гармоничной структурой со своей внутренней логикой.