Книга Чудовище Невы, страница 39 – Ирина Ширяева

Так что теперь прикажете делать?!

И как раз в эту минуту рядом как из-под земли вырос Стива. Ну наконец-то! Из Митиной груди вырвался невольный вздох облегчения: сейчас Стива всё решит. Ну, как всегда.

Кавалергард обменялся быстрыми взглядами с друзьями. Оценил ситуацию и сразу начал действовать.

Его лицо тут же изменилось. Всю свою серьёзность Стива мгновенно утопил в сияющих лучах беззаботности. В призыве легко дышать и лететь по паркету.

— Разрешите пригласить вас на мазурку, – расшаркался он перед Петровой.

Однако барышня не клюнула на изысканную галантность блестящего офицера. И даже слегка попятилась. Ведь она уже знала Стиву – он допрашивал её как следователь. Поэтому сейчас было нетрудно догадаться, что вся эта подозрительная троица – одна компания. Причём явно для неё опасная.

Тогда Стива пошёл ва-банк: он улыбнулся Петровой самой своей обольстительной улыбкой – зовущей и обещающей.

В этот момент Митя не без злорадства понял, почему в сюжетах о роковой любви классики называли подобную улыбку пленительной. Да потому что она убивает у жертвы волю к сопротивлению, инстинкт самосохранения и всякую логику. И влюблённый, словно обескровленный пленник, безусловно подчиняется воле победителя.

Ровно так и повела себя предательница Петрова. Глядя на Стиву зачарованным взглядом, она сделала книксен и подала кавалеру руку.

Стива не мешкая подхватил барышню и помчал по паркету в искромётной мазурке.

Теперь уже Митя и Костик из своего угла пристально наблюдали за слаженно вертящейся, но полной противоречий парой. При этом по выражению лиц партнёров было понятно, что общение со Стивой у Петровой получилось уж очень эмоциональным. Даже куда более эмоциональным, чем только что с Костиком.

На первый взгляд казалось, что кавалергард с барышней, как и остальные танцоры, просто легкомысленно скачут по восковому паркету. При этом, как и прочие, они всего лишь увлечены ветреной и игривой мазурочной болтовнёй.

Но Митя-то с и Костиком прекрасно видели, что эта болтовня сильно смахивает на настоящий допрос.

Сквозь светскую любезность Стивы явственно пробивался острый атакующий импульс. Кавалергард сделался подтянут и не по-бальному серьёзен, даже суров. Брошенные им фразы выглядели наступательными и жёсткими.

Девушка была не в силах справиться с таким напором и, запинаясь, что-то едва лепетала в ответ. Словно оправдываясь.

Хорошо, что в громе музыки, щёлканья каблуков, ловких прыжках, падения на колено, кружении – во всём этом бравурном вихре – вряд ли кто из гостей обратил особое внимание на пару, которая вела себя довольно странно.

Кроме Мити и Костика, конечно. Они напряжённо ждали окончания танца.

Наконец отгремели последние аккорды фееричной мазурки. Стива отвёл партнёршу на место и быстрым шагом направился к друзьям.

— Ну?! – хором выдохнули Митя и Костик.

— Петрова действительно мало что знает, – торопливо и заметно нервничая начал Стива. – Но зацепка есть.

— Ну?!

— Одежда. Да, Петрова дала Лизе свою одежду. Джинсы, худи… Рюкзак ещё. Подвеска, очевидно, от него… Ну, она мне описала.

— Зачем? В смысле: зачем дала?

— Лизе кто-то назначил встречу ночью. Часа в четыре. И чтобы она пришла не в форме, – объяснил Стива. – Больше Петрова ничего не знает: ни кто назначил, ни где, ни по какому поводу.