Книга ЛЮМО, страница 116 – К. Велесмайская

— Чт… – Найра вытянулась, бегая глазами по сторонам. Искала помощь. Зейн поник, снова смолкнув.

— Аки На! – ядовито шипела мать. Опасная змея, что жалит родную плоть и кровь. – Аки На! Тьфу, проклинаю! Я хочу навек забыть его голос, образ! Но ты… Я вижу его в тебе, та сила… Твои фокусы меня не обманут. Ты зло! Отродье дьявола из самого ада!

— Заткнись! – Найра подскочила к матери и схватила её за волосы. – Закрой свой рот! Я не порождение! Зейн, скажи ей… Зейн?

— Мне жаль, – Зейн попытался прикоснуться, но девушка выставила руку вперёд.

— Почему ты раньше мне не сказала?! Ведьма! Это всё бы изменило!

— Ничего бы это не изменило! Его не вернуть! А ты… Ты родилась. И я каждый день жалею об этом, мечтая вернуть время вспять.

Избранная пошатнулась, стараясь скрыть слёзы.

— Я бы не считала себя ненормальной… Тебя – да. Себя нет. Каждый вечер я молила, чтобы папа забрал меня отсюда. От тебя! Образы… Шёпот. И… О, господи боже… Он пытался…

— О чём ты? – Зейн оказался рядом.

— Он пытался! Всё это время… Таблетки! Грёбанные лекарства! Вот почему, они не помогали. Я… – Найра взглянула на свои руки. – Я отродье, – губы скривились, и ей захотелось содрать с себя всю кожу. Заживо.

— Нет! Послушай меня, ты не зло. Мы во всём разберёмся. Найра, посмотри на меня!

Свет всё-таки заморгал.

— Она не зло? – усмехнулась мать, на сей раз уверенно опустошая стопку. – Так станет им. Тварью, что захочет спуститься в бездну. Светоч пригрела дьявола. Она нас всех погубит! Надеюсь, что ты сгниёшь со своим папашей! Тьфу, проклинаю вас! Ненавижу! Не желаю видеть его и тебя!

И тут всё замерло. Мигания прекратились, а Найра перестала дрожать. Медленно повернув опущенную голову, она со всем накопленным за годы жизни презрением ответила:

— Так тому и быть.

Резкая вспышка обожгла выцветшие временем глаза Людмилы. Женщина закричала и схватилась за голову, падая под стол. Зейн сначала не понял, что произошло. Но крики снизу: «Темно! Помогите! Я ничего не вижу!» расставили всё по своим местам.

— Найра… – предупредил Зейн, пытаясь аккуратно подойти к ней.

— Не трогай меня. Уйдите! Все прочь!

Она выскочила на улицу без верхней одежды. Зейн бросился следом, но не успел: световые сполохи сомкнулись вокруг Найры, и она взмыла вверх гуляющей кометой. Неуловимой, пусть и с рваным движением. Совсем скоро её силуэт растворится в темноте, а искры померкнут.

— Я всем расскажу! Расскажу о дряни! Все узнают, что она такое! – визжала испуганная, но не утратившая ненависть Рахманова из дома. – Тварь… Что она сделала со мной?! Я всем расскажу правду!

Брошенный чужими откровениями, Зейн прикусил внутреннюю сторону щеки и развернулся, с холодом омертвлённого произнося:

— Это вряд ли.

В руке блеснуло лезвие охотничьего ножа.

ПРЕВЕЛИКАЯ СВЕТОЧ

Взмыв в небо, дух, соблазнённый первобытной жаждой до широкого размаха несуществующих крыльев, мчался вперёд. Под иллюзию песни, что громко била по ушам, но оставляла после себя мурашки: долгий вой рожка будто выдыхался на конце, и гусли… Переливчатые, как горная речка и поджаренные на солнышке камни, как запах родного дома, места, где чувствуешь безграничный покой. Дома ты защищён, и сон твой крепок.

В небе Найра была дома. Так безопасней, ведь её никто не достанет. Маскировка как крепкие стены, а за ними широко раскрытая грудь – Найра не боялась лететь против ветра.