Книга ЛЮМО, страница 38 – К. Велесмайская

«Принял», – получив преимущество и сниженную скорость Калеба, Кагай вырвался вперёд, ловко взбираясь по утёсу. Наблюдающие замерли, а командир чуть ли не метал молнии в хитроумную россиянку. Но она даже не удостоила его насмешкой. Знала же, что он таращится на неё.

Оставив возмущения соперника позади и чувствуя привкус железа на языке, Кагай что есть мочи ускорился и, не разбирая выступов, натирал себе новые мозоли. Зубы скрипели, каждая мышца тела слилась с «Малым вороном». И вот… Уже близко! Почти! Почти!

— Какого чёрта?! – не выдержал Калеб и рукой создал закрученную спираль из тонких нитей света, целясь в ноги Третьего. Нарушил правила, и теперь победа команды Найры – вопрос времени.

Как только Кагай схватил флажок, а вертолёт приблизился, Найра, охваченная восторгом и детской радостью, спрыгнула вниз. Герр Циглер снял блок с магии старшего, впервые за всё время увидев его таким потерянным.

С разбега Найра прыгнула на Кагая, и оба свалились вниз, громко хохоча. Ао подошёл к ним и сдержанно поздравил. Но подсечка двух ног смогла сбить его, и японец, ошарашенный смелостью двух взбалмошных товарищей, рухнул на их головы. Неожиданное для всех озорство.

— Сколько? – фыркнул Зейн, косясь на довольного Байо.

— Спор был на тысячу.

— Долларов?

Тогда тренер накинул капюшон и помахал рукой пилоту, чтобы тот приземлялся.

— Евро. Тебе не стоит недооценивать свою команду. И особенно её.

По возвращении право первого душа уступили Калебу, который умолк окончательно и, как на тот момент всем казалось, бесповоротно. Горячий пар должен был привести мысли в порядок, нежно обласкать тело и усмирить внутренний гнев. Оставшаяся команда разбежалась по своим углам: двери захлопнулись, а первый этаж в итоге пустовал под треск горячего тепла.

Пробираясь на цыпочках по прихожей, Найра молилась всем богам, чтобы те прикрыли её очередную вылазку. Но боги решили, что сегодня они ей не товарищи. Только ли сегодня?..

— Ты же мёрзла. Уже вечереет, куда направилась?

В проёме стоял Зейн и складывал сухие брёвна в пирамидку. Взмокший и немного растрёпанный, он снял верхнюю одежду, засучил рукава, и жар от огня обмаслил его давние шрамы на руках.

Найра притихла, но декорацией от этого не стала. Тогда командир отвернулся.

— Поздравляю. Твоя хитрость со светом сделала невозможное. Старший затих.

— Прекрати, – грубо отрезала она, бросив спрятанный холщовый мешок позади, – водите нас всех тут за нос. Думаешь, приятно? Они все либо тебе слишком доверяют, либо до невозможности глупы и покорны! Даже наполовину не знают о своих возможностях!

— Я вожу за нос? Рэймонд, взгляни на себя. Устроила настоящее шоу. С дураков взятки гладки? Нет уж. Так не пойдет.

— Боже, у некоторых людей в крови создавать заговоры на пустом месте! – Найра подняла свой ценный мешок и перед тем, как уйти, остановилась. – Приходи к качелям через полчаса.

Циглер с тяжестью отказал себе в удовольствии проверить, что будет делать неугомонная полчаса на холоде со странным мешком, от которого пахло копчёностями. Первой идеей он разделся и пошёл в кровать, а второй – пошуршал ботинками к скрипящим качелям ровно через полчаса. Нет, он не корил себя за бесхребетность, обозвав этот жест «разведкой».

Найра сидела спиной, раскинув ноги по сторонам. Мех щекотал её затылок, а собранные в хвост волосы аккуратно легли на дутую куртку. Она завороженно смотрела вперёд, и Зейн сразу вгляделся в розоватый отлив на линии горизонта. Закат. Частые перепады температуры творили невообразимые вещи со здешними пейзажами. Здесь, наверху, неизвестный гений решил соорудить живую панораму… Внизу зажигались первые окошки пригорода Акюрейри, а оставшаяся половинка янтарного диска медленно таяла над пухлыми крышами.