Книга ЛЮМО, страница 42 – К. Велесмайская

— Ну… Э-э… – Раньше вопросы были другие. Имели смысл, и поначалу Кагаю даже нравилось так общаться с обычными людьми. Например, как перестать бояться бластов или что важно для избранных в работе. Но в последнее время – только провокация для сплетен! – Нет, я свободен.

Зал завизжал. А ведь скамеечки с массовкой даже не подсвечивали… Как же все хотели наброситься на Третьего, расцеловать или что похуже.

Кагай собрался с духом и сверкнул идеальной улыбкой:

— Но если ты добрый, заботливый и честный человек, то я уже тебя люблю! Сейчас мир должен сплотиться, верно? Любовь соединяет всех нас.

— Конечно! – Миранда захлопала в ладоши. – Знаешь, а я тоже подхожу по характеристикам. Подаришь мне один поцелуй? Ну же, дорогой, мы так давно знакомы. Благословение в прямом эфире! Зрители, просим?

Все громко закричали: «Просим, просим, просим!» несколько раз.

И тогда Миранда без разрешения прижалась своими пухлыми губами к щеке Кагая. К той самой, которую совсем недавно он чуть ли не до крови растирал в обгаженном туалете. Посчитала, что имеет на это право после десяти эфиров.

Всё замерло.

Свисты и блаженные ахи смешались в один тошнотворный комок, а Кагай смог только озадаченно вскинуть брови, не переставая улыбаться. Как приговорённый к электрическому стулу, которому запретили унывать. Все напрочь позабыли о целях передачи, его личной безопасности и решили, что будет забавно кокетничать так открыто с тем, кто защищает их жизни.

Кагай вспомнил слова Ао, как он постоянно обзывал его «слишком доступным», но только сейчас истина этих слов дошла до Третьего. Или нет? Кагай не хотел признавать, что уже долгое время чувствует отвращение от всего, что делает.

— Гляньте! Он засмущался! Такой румянец… Как и твои волосы на голове. А… – Миранда прислонилась к его уху, прошептав: – Внизу тоже?

Дальше всё произошло так стремительно, что мадам Шварц вытянулась по струнке. Кагай резко встал на ноги и хотел было швырнуть свою вспышку во все камеры. Свет в павильоне заморгал. Тогда от отчаяния он безмолвно обратился к Яшиной, но та пригрозила ему кулаком как можно строже.

— Дорогой? – запищала Миранда.

— Х-хотел поблагодарить за твоё т-такое тёплое гостеприимство! – Он взял руку Миранды и невесомо коснулся её своими губами, вызывая у женщины приятную судорогу между ног.

Через полчаса красная макушка нависла над унитазом, изрыгая из себя всё слабое, всю накопленную мерзость.

Ещё через два часа Первый открыл для них портал, и всё продолжилось в доме. Кагай стягивал с себя одежду, рвал пуговицы, пытался смахнуть с тела невидимый слой, как слизь, оставленную людьми. Сердито и даже безумно, что места покраснели, а челюсти так напряглись: даже белки налились кровью.

По стенам расползлись плакаты, и Кагай не выдержал. Стал срывать глянец и рвать своё блестящее личико на куски. Заодно ещё раз протоптал одежду, в которой сегодня был, и в конце схватил себя за волосы, пытаясь вырвать несколько прядей. Обессиленно рухнув на колени, он даже не заметил звонок. Кто посмел нагрянуть?

— Я сейчас занят! Уходите! – истерически закричал Кагай. Даже удивился, что его голос может быть таким жалким.

Звонок прозвенел второй раз.

— С меня хватит. – В одном белье парень влетел в дверь и накопил свет в кулаке, желая врезать любому, кто окажется на пороге. Уже замахнулся, отворяя проход.