Книга Обжигающий Север. Связанные рунами, страница 48 – Айлин Лин

Сознание возвращалось урывками, сквозь туманную пелену, прорывались крики и визги, но я была не в силах сосредоточиться и очнуться, раз за разом погружаясь в забытьё.

Пришла в себя в полной темноте, только слышалось чьё-то непрерывное копошение. Я лежала с закрытыми глазами, соображая, что случилось. С утра мы начали восхождение, Рагнар прокладывал дорогу в глубоком снегу, людоедов нигде не было видно. Остатки их ночной трапезы, мы заметили на выходе из пещерки: кровь, не до конца обглоданные кости убитых воинами тварей, но тела Квира не было, даже его одежды.

Все шли молча, поминутно оглядываясь. Шагать было трудно, ноги проваливались под хрупкий наст, пот градом стекал по спине, сразу же замерзая. Даг надрывно кашлял, лицо его покраснело. У мужчины начиналась лихорадка.

Тропа, едва угадывающаяся под снежными заносами, вывела нас в узкое ущелье, воины вытащили клинки из ножен. Всё было тихо, но, когда мы уже почти выбрались на открытое место, на нас посыпались камни. Я успела заметить, как Астора ударил большой булыжник по голове и отключилась следом за ярлом.

Хотела ощупать себя, но поняла, что руки мои связаны, как и ноги. Тихо выругалась, рядом кто-то лежал, поморгала, привыкая к темноте, как могла, развернулась и увидела Дага, его остекленевший взор был устремлён в потолок. Я задохнулась от собственного визга, отпрянула от трупа, скребя руками и ногами по каменному полу.

Ко мне кто-то подскочил, пребольно пнул в бок:

— Ма-алщи-и, - послышалось шипение.

Обернувшись, увидела перед собой морду людоеда и замерла от страха.

— Криста! – Голос Астора пронизал тьму большой пещеры.

Я не могла ответить, мой сторож крепко прихватил за горло, так что воздух едва просачивался в лёгкие.

— Твари! – Послышался скрежет металла, удар и всё стихло. Это был голос Кая.

Рука на горле разжалась, я вдохнула, закашлявшись, и замерла. Людоед пнул ещё раз и отошёл.

Большая пещера едва освещалась костром, горевшим где-то в стороне, его блики плясали на стенах, и, когда глаза привыкли к тьме, я сумела оглядеться. Воины были заперты в большой клетке, самой настоящей, железной. Рядом стояла ещё одна пустая. Откуда их только людоеды взяли. Мужчины все со следами крови на лицах и почти обнажённых телах. С них содрали одежду, забрали оружие.

Вдоль стен лежали и сидели людоеды, многие спали. Я перекатилась в другую сторону и замерла. Меня кинули у подножия статуи. На грубом каменном постаменте сидела женщина, с огромным животом и грудью. Руки её простирались вперёд, увешанные ожерельями из костей. Каменное тело покрывали мох и грязь, голова закоптилась, отчего и лица было почти не разглядеть, лишь сверкали два кровавых камня, вставленные в глаза, ловя отблески костра.

Тишина посыпалась тысячами осколков, рассыпавшись от шума шагов. В пещеру, освещая дорогу факелами, вошла целая процессия: впереди низкий, но упитанный карлик, с проржавевшим шлемом на непропорционально большой голове, из-под которого висели седые лохмы. Он шёл, завернувшись в плащ Астора, подол отрезали, подгоняя под рост людоеда. Это кто? Их вождь или шаман? За ним по пятам, подвывая от нетерпения, швыркая слюной при взгляде на пленников, семенили людоеды.

Главный передал факел и приблизился ко мне, ощупал, как курицу на рынке, и довольно осклабился: