Книга Обжигающий Север. Связанные рунами, страница 83 – Айлин Лин

Дом на бывшей пустоши не просто дань нашему удобству. Во-первых: ближе к прииску, во-вторых: куча земли, пригодной для посадки, не в лесу же деревья корчевать, в-третьих – мы сами сможем отвадить отсюда любопытных, не бегая к Костяному хребту из Штабедорфа, чтобы обновить руны. Кругом одни плюсы.

Рагнар, кажется, уловил ход моих мыслей и призадумался:

— Если люди обживут эти места и в казну пойдут налоги, то конунг может и продлить срок владения. А может забрать себе.

— Тогда я просто обвалю те места, где есть уголь.

— Уголь? – Рауль встрепенулся, заслышав незнакомое слово, - это что? Драгоценности? – он всё ещё надеялся на правдивость слухов.

— Нет, - махнула головой, - это особая горная порода, которую с помощью рун можно превращать в горючие камни, – по совету Астора я давно продумала «историю» появления угля, легенда будет одинаковой для всех: и для деревенских, и для торговцев Тримхольда.

Рауль сник, ему-то хотелось чего-то эдакого.

— Зато за камешки эти, нам охотно заплатит каждый кузнец, - ухмыльнулся Рагнар.

Парнишка приободрился и бойко зашагал рядом, а потом взобрался на телегу, мы последовали его примеру, хотя до скал оставалось всего ничего. Доехав до них, распрягли коней, телегу им наверх не затащить. По тропе, которая теперь стала широкой и почти безопасной, мы добрались до первых россыпей чёрных камней. Странно, но меня не покидало ощущение, что расстояние всё же сократилось вдвое, если не втрое. Однако мысли скоро стали заняты совсем другим. Уголь тут был обильно перемешан с породой, приходилось рассматривать каждый камень, благо бабуля, та, с моего мира, жившая в деревне, научила меня этому ещё с детства. Как все старики, она отличалась манией перебрать всё на свете, начиная с круп и заканчивая закупленным с лета углём. Мы вместе не раз сидели над ведром, убирая тусклые камешки породы.

— Рауль, останься за этой скалой, - велела я парнишке, - может зацепить заклятьем, сам в камень обратишься.

Рагнар хлопнул его по плечу, веля идти за собой, и тоже скрылся за высоким камнем. Я посидела несколько минут, наслаждаясь солнышком, а потом крикнула:

— Выходите! Готово!

Села, выбирая уголь, подозвала к себе мужчин:

— Смотрите, если камешек блестящий, то он годится, а если тусклый – выкидывайте.

Рагнар и Рауль быстро наловчились отличать уголь от породы, и скоро мешки наполнились, а солнце склонилось к горизонту.

— Устроим привал здесь, - брат завязал последний баул и поставил к другим, - мы с Раулем нашли отличную пещеру, пока ты колдовала, - усмехнулся он хитро.

Убежище было небольшим, но удобным, полукруглый невысокий свод укрывал от ветерка к вечеру ставшим холодным, узкий проход завалили камнем, на всякий случай. Костёр быстро обогрел пещерку.

— Смотри, - толкнула я локтём Рауля, закинув в сухие ветви чёрный блестящий камушек.

Парнишка сначала хмыкнул, а потом, видя, как уголь занялся и заалел, придвинулся чуть ли не вплотную к костру:

— Камень горит! Криста, ты – великий эриль! Я никогда о таком и не слыхал! У кого училась?

— Был в наших местах старый мастер, Стигг, - спихнула на лесного знахаря лавры великого кудесника.

— Конунг за такое чудо его бы озолотил!

— А ты помалкивай, - грозно перебил юношу Рагнар, - стоит прознать об этом, и в этих местах начнётся бойня не только за Кристу, но и за Пустошь, и Костяной хребет. Хочешь, чтобы вашу деревню стёр с лица земли очередной захватчик, а мать с сестрой в плен увели? Граница рядом, желающих нагреть руки хоть отбавляй.