Книга Во власти демона. Брак поневоле, страница 68 – Елена Белильщикова, Анна Витор

— Вы забываетесь, Фридрих.

Ненадолго повисло молчание, вязкое и гадкое.

«Думаешь, я делаю это от доброты душевной? – про себя смеялась Ингрид над мужем. – Народ должен обожать меня. До поры, до времени. Потому что я не собираюсь заканчивать, как моя матушка-слабачка! Я справлюсь с Демоновым королевством, если что! А значит, мне пока нужна любовь и уважение подданных. На случай, если ты, мой милый Фридрих, сдохнешь в каком-нибудь бою. Хотя на что это я надеюсь? Ты же трус. И сражаться готов только с зайцами на охоте. Они – единственные, кого ты не боишься».

Ингрид всем своим видом ждала извинений. А Фридрих лишь продолжил «вдогонку»:

— И не позорь меня на охоте! Как вспомню, как ты ворвалась на военный совет! «Ангелы пойдут по ущелью, выставьте там магический отряд», – перекривил он нарочито тонким голосом.

Ингрид поморщилась, ледяным тоном парируя:

— Но они пошли по ущелью. И разгромили несколько деревень.

Она прищурилась, глядя на мужа.

— Вот только не надо на меня так смотреть, милая! Это война. Жертв не избежать.

Они отвернулись друг от друга, снова погружаясь в молчание. Карета начала подниматься вверх, по каменистой дороге, а внизу распростерся темный старый лес с проплешинами деревень. Над одной поднимался сизый дым. С серебристыми молниями магии в нем.

— Что это? – от лица Ингрид отхлынули все краски.

— Похоже, ангелы сюда добрались, – помрачнел Фридрих. – С боевыми заклятьями.

На деревню и правда напали. Ангелы уже ушли. И не оставили никого в живых. Может, когда-то они и были светлыми и добрыми. Но на войне принято вести себя жестоко. Убивать или умирать.

Ингрид первая распахнула дверцу кареты. Руки задрожали, стоило увидеть дым темно-серебристой магии, еще стелящийся по земле. Особое заклятье, требующее энергии от десятка или дюжины воинов. Оно настигало все живое и убивало разрядами молний. Они и сейчас чуть кололи лодыжки, но магия уже почти рассеялась. Это позволяло увидеть тела то тут, то там. Застигнутые врасплох. Кто-то – с коромыслом, кто-то – с вязанкой хвороста, кто-то… с ребенком на руках.

Ингрид подошла ближе, и колени подкосились. Она упала перед демоницей. Та до последнего прижимала младенца к груди.

— Ингрид, ради Великой Тьмы! – закатывая глаза, подошел ближе Фридрих. – Это платье расшито золотом сверху донизу! Тебе обязательно пачкать его в грязи?

— Тебе что… плевать, что произошло? – медленно подняла голову Ингрид. – Плевать, что происходит с твоим народом?

Фридрих вспыхнул от ярости. Он замахнулся, но Ингрид не шелохнулась. Даже не зажмурилась. Продолжила в упор, немного с вызовом смотреть в лицо. Фридрих зло выдохнул, бессильно опуская руку.

— Мы делаем с ангелами то же самое, – пожал плечами Фридрих.

— Мне плевать на проклятых ангелов! – Ингрид взвилась на ноги. – Это Демоново королевство! Это мое наследство! Все, что осталось от моих родителей!

Ей были безразличны и ангелы, и демоны, и все на свете – каждая жизнь в мире Инферио. Демоново королевство – как папин меч, как мамино колье. Бесценное. Ее. И оно погибало у нее на глазах. Ингрид жаждала власти, могущества. А была вынуждена стоять в тени навязанного муженька.

— Когда оплачешь своих мамочку и папочку, возвращайся в карету. Нас ждет охота, – фыркнул он, уходя. – Великая Тьма, женщины так впечатлительны. Война длится уже тысячу лет, что толку лить слезы?