Книга Попаданка. Мама для бастарда, страница 20 – Елена Белильщикова

— Это теперь твой дом! – гордо сказал Теодор и дернул Драго за прядку. – Знаешь, почему твой дом теперь тут? А не в деревне твоей?

Черт, будто он наставник, так говорит с сыном. Сухо и сдержанно как то. Вот мамки это дело умеют! И ласковое слово скажут. И обнимут-поцелуют! И забалуют. Теодор пытался. Но Драго даже одежду новую не надел, что уж говорить о другом?

Драго дернулся немного от прикосновения неожиданного. Вроде бы старался Теодор его не пугать лишний раз, касаться мягко, бережно, давая время заметить движение руки, но тело все равно вздрагивало. Драго повернул голову, глядя на него большими глазами.

— Потому что папа сказал, что я не родной ему? – тихо произнес Драго, по привычке называя Милада отцом. – И разозлился страшно из-за метки.

Драго посильнее натянул рукав рубашки, будто боясь, что и Теодор за нее ругать начнет. Как только принесли воды умыться да оставили одного в покоях, он первым делом метку треклятую тереть начал. Но только кожу докрасна натер – не сходила она.

Вздохнул Теодор и руку убрал. Чего мальчика пугать? Не готов он пока признать его отцом. Вон, чужого… мужчину папой зовет. Боль пронзила его сердце непрошеным уколом стрелы. Но он попытался скрыть это от Драго.

— Вот об этом я и хотел поговорить, – Теодор осторожно потянул рукав на рубашке Драго вверх, обнажив метку.

И нахмурился, увидев, как раскраснелась кожа вокруг нее. Да что малец с ней делал?! Содрать пытался? Первым желанием было рыкнуть на Драго, чтобы не уродовал себя. Да вовремя вспомнил Теодор, как мальчик дичится от него и без этого. Поэтому максимально мягко попросил:

— Не надо больше трогать это, Драго. Ты ее не уберешь. Это магическая метка. Она появляется сама собой. По праву рождения. И показывает принадлежность к какому-то роду. Видишь корону? Смотри, у меня такая же, – Теодор тоже задрал рукав рубашки и показал свою. – Она появилась у тебя потому, что ты не сын Милада… скорее всего, – Теодор с неприязнью взглянул на глаза, слишком напомнившие ему глаза этого негодника. – Мы с твоей мамой любили друг друга. Давно. Еще до твоего рождения. А я уехал далеко, за моря, и она не могла весточку прислать. И не знала, вернусь ли я к ней. Вот и вышла замуж за Милада. Милад не виноват… он тоже не знал, что ты мой сын. До того момента, пока метка не появилась. Вот и… расстроился в тот день. Дана не рассказала правду. Ни Миладу, ни мне. Ни тебе.

Теодор вздохнул. Как-то нехорошо получилось. Будто маму Драго очернил. Надо исправиться! А то не хотелось… ругать ее. Это же Дана так поступила. А не попаданка. Попаданка, она другая. Честная и хорошая. Теодор сердцем чувствовал: и любит попаданка малыша Драго, и защищала всегда от Милада, и забрала с собой, когда сбежала от него в лес.

— Значит, это ты мой отец? – тихо и нерешительно проговорил Драго. – Точно-точно?

Он осторожно потянулся кончиками пальцев к метке на руке Теодора. Такая же точно, магическая, золотистая. Драго провел по ней легонько, будто убеждаясь, что она реальная.

Он слегка нахмурился, вспоминая, как часто злился на него Милад, как иногда кричал на Дану, что еще непонятно, от кого он. Неужели от короля, от этого красивого и смелого мужчины? Драго завороженно поднял взгляд уже на его лицо. Глаза темные, черты уверенные, жесткие, не похожи совсем… но мало ли, что на свете бывает! Много сыновей на отцов не похожи! Да и Драго в мать пошел, наверно. Пока он от Теодора зла не видел. Так что придвинулся немножко ближе.