Книга Попаданка. Мама для бастарда, страница 48 – Елена Белильщикова

— Что же мне с тобой сделать, Милад? Голову отрубить? Повесить? Я теперь почти король!

— Драго, пожалуйста… – Милад задрожал от такого холодного, чужого взгляда.

— Мало я тебя просил? – зло поджал пальцы Драго, оцарапывая его перед тем, как резко, почти брезгливо отпустить. – Слезами обливался, чтобы не обижал меня и маму… Зачем теперь пришел?

Охранники еще больнее скрутили руки за спиной. Милад дернулся, но в их руках почувствовал себя слабее котенка.

— Мне плохо без вас! Ты же мой сын… даже если не по крови, – голос Милада сошел на нет, он опустил потухший взгляд.

Драго отвернулся.

— Уведите его! – махнул он рукой. – С глаз моих! Пусть в пыточной палачу свои сказки рассказывает! Не отец он мне!

И охрана потащила Милада к выходу, не слушая его отчаянного крика:

— Драго! Драго, не-е-ет!..

Милад проснулся, подскочив с бешено бьющимся сердцем. Сообразив, что это просто кошмар, он потянулся к кристаллу. Пальцы подрагивали еще, когда сжал в кулаке.

— Нужно пробраться в королевский дворец и узнать все, пока с ума не сошел от мыслей этих! – решительно сказал он в темноту.

* * *

Когда во двор перед дворцом высыпали бродячие артисты, Драго ринулся было смотреть со всеми. Стать где-то между кухаркой и конюхом, какая разница? Они же все кружком обступили! Но стоило Драго только дернуться в ту сторону, как его ухватил за плечо какой-то стражник.

— Не положено, вдруг там злодей какой будет! Пойдем, там и смотреть удобнее будет.

«Там» – это с небольшого помоста, на который расторопно вынесли резное деревянное кресло, напоминающее небольшой трон. Даже бархатную подушку под спину бросили. Драго заерзал, усаживаясь там. Непривычно было, в стороне от всех, еще и с охраной за спиной. И ни одной родной души рядом. Теодор с утра по делам уехал, Даны тоже не было. Драго поежился, когда на помост взошла Анисья, придерживая подол серебристо-голубого дорогого платья. Рукава у него были такими длинными, что ей приходилось постоянно держать руки согнутыми, чтобы они землю не подметали.

— Нравится тебе? – холодным, льдистым голосом спросила Анисья, положив ладонь на спинку кресла. – Что молчишь, неужто узнал этого оборванца? Вместе в одной деревне коровам хвосты крутили?

Драго и не слышал, что ему говорят. Он во все глаза уставился на артистов. Они выступали посреди площади, люди столпились вокруг, охрана была настороже. Но никто будто не видел, что стоило музыкантам заиграть в очередной раз, как в центр выскочил Милад! Драго уставился на него большими глазами, даже головой тряхнул. Привиделось, что ли? В красной рубашке, подпоясанной вышитым пояском, мужчина принялся плясать под музыку, как иногда на весенних праздниках делал. Золотистые волосы блестели на солнце, ноги в высоких сапогах двигались быстрее стрелы. На миг взгляды встретились, и у Драго пересохло во рту. От вида слишком знакомых зеленых глаз. Но стихла музыка, и танцор скрылся в толпе, а вместо него выбежало сразу несколько мальчишек, готовые плясать под следующую песню. Драго вскочил на ноги, спрыгивая со ступеньки помоста. Собираясь ринуться туда, к артистам, проверить все! Сердце стучало часто-часто. Он уже юркнул в толпу, как его за руку ухватили тонкие холодные пальцы.

— Ты что творишь, негодник малолетний? – гадюкой прошипела Анисья, наклонившись к Драго. – Отца своего позорить вздумал? С деревенскими вместе плясать? Не песнями и плясками тебя баловать надо, а трепку хорошую задать, чтобы вести себя научился, как подобает!