Книга Попаданка. Мама для бастарда, страница 53 – Елена Белильщикова

— А может, кто другой тебя ждет? – прошипела она, сверкая глазами.

Анисья неожиданно прижалась к губам Теодора в поцелуе. Почти силой притянула к себе, поцеловала так, будто сожрать собралась. Горячо, жадно, бесстыдно проводя языком. Но Теодор лишь опешил. Многих девушек он знал… и робких, и смелых. Но только не тянуло, не отзывалось ничего к Анисье. Теодор понимал: сердце его так и не зажило после той, первой, настоящей Даны. А Дана-попаданка окончательно все карты спутала! В итоге, и с ней он не мог поступить бесчестно: ночью в покои вломиться, желанным будучи. И на Анисью смотреть не хотелось, что ее и себя обманывать?

Теодор слегка отодвинулся, нахмурившись.

— Ты ревнуешь меня?

Анисья так и продолжала держаться за его одежду. Но в голубых глазах не было ни капли… ни любви, ни девичьей нежности. Какая-то отчаянная жадность, почти злая. Анисья резко развернула Теодора спиной к столу, толкая к краю, будто отрезаю пути к отступлению. А потом прижалась всем телом, и пальцы торопливо, сбивчиво побежали по пуговицам и застежкам.

— Хочу я тебя! Мужа своего! – встрепанная, раскрасневшаяся, выпалила Анисья. – Разве преступление это?

Она уже собралась скользнуть рукой под его одежду, но Теодор перехватил за запястье. На лице его мелькнула тень подозрения.

— Не ты ли говорила мне после свадьбы, что любовь тебе звук пустой… – медленно, тягуче, словно медом диким, прозвучал его голос. – Мы получили, что хотели. Ты – мужа богатого, власть имеющего. Я – жену послушную, знатную, чтобы род королевский продолжить. Что же теперь изменилось? Или не изменилось? Сердце у тебя колотится так заполошно, словно боишься чего-то. Зверушка загнанная, кусачая. Не от желания у тебя так сердце заходится. Глаза так и есть холодные, Анисья, ты меня не обманешь. Сам я такой. Никого в душу не пускающий.

Теодор провел ладонью по груди Анисьи, останавливаясь напротив сердца. Другая бы застонала или глаза прикрыла, или навстречу выгнулась. Она же и не шелохнулась. Чем только подтвердила мысли Теодора. Не было в ней желания или чувств. Ни капельки.

— Так сам сказал про род королевский, – усмехнулась Анисья, ничего не отрицая, и потерлась о Теодора всем телом, как бывалая развратница. – Продолжать его нужно, Теодорушка. Или ты бастарда после себя на трон посадить решил, щенка этого, который ничему не учен?

Она с нажимом погладила его ладонью по животу и вниз, пробираясь к брюкам. Юркие пальцы уже были готовы проникнуть под ремень, но Теодор ускользнул. Спокойный и чуть помрачневший, сдвинувший брови. Не до Анисьи сейчас ему было! Тем более со странностями ее, никогда настолько кошкой мартовской к нему не ластилась! Явно задумала что-то, чертовка, так если каменья понадобились или наряды, на словах попросила бы – никогда ей отказа не было!

— Науки всякие да этикет – это дело наживное. Главное, что мальчик смышленый и сердце доброе. И если так бог рассудит, что Драго королем станет, то я за Сальмир спокоен буду.

Анисья вздохнула. Она поправила распущенные, разметавшиеся по плечам волосы, и будто мигом слетела маска. Из заведенной развратницы – в безразличную королеву.

— Твоя правда, свет мой, – Анисья послушно склонила голову, кротко улыбнувшись. – То глупостей я наговорила. Все равно Драго твоя кровь. Всегда я к нему достойно относиться буду, как к твоему наследнику. Пусть и от другой.