Книга Попаданка. Мама для бастарда, страница 98 – Елена Белильщикова

— Потому что ты для меня особенная, – сказал Теодор, не отпуская моей руки. – Скажи, Дана… ты станешь моей женой?

Я ахнула, поворачиваясь к нему. Он вдруг опустился на одно колено, доставая из кармана небольшую деревянную шкатулочку с резьбой. В ней на крохотной бархатной подушечке лежало кольцо. Я перевела взгляд на лицо Теодора, и сладко защемило в груди. От того, с какой надеждой и теплом он смотрел на меня. Я потянулась к нему, кончиками пальцев погладив по щеке. Казалось, все еще не верила, что это сон. А потому и ответила тихо-тихо, боясь проснуться от этой сказки, где в золотом свете заката Теодор делал мне предложение руки и сердца.

— Да, да… Конечно, любимый.

На мои глаза навернулись слезы. Теодор встал с колена, надевая кольцо мне на палец, а потом привлек меня к себе.

— Что же ты плачешь, любовь моя?

Я прижалась к нему всем телом, хватаясь пальцами за одежду.

— Не могу поверить, что все наконец-то позади! – выдохнула я, зажмуриваясь.

— О нет, свет мой, – с улыбкой Теодор обнял меня за талию, но сам чуть подался назад, чтобы заглянуть мне в глаза. – Все впереди! У нас с тобой. Целая жизнь, счастье мое, друг рядом с другом.

И снова наступила осень, еще теплая, слегка позолотившаяся. Вот уже год, как я оказалась в другом мире. Еще недавно обычная девушка, работающая в ветклинике и коротающая вечера в одиночестве в тесной квартирке. А теперь... королева? Я до сих пор не могла в это поверить, касаясь жемчужных бус на шее, лежащих поверх золотого парчового наряда. И это была обычная одежда для прогулки!

Я еле находила в сундуках что-нибудь попроще, когда отправлялась тренироваться с магией или лечить животных. В этом я делала успехи, так что теперь частенько выбиралась в столицу, к какому-то очередному хвостатому пациенту. Теодор обещал помочь по весне открыть что-то вроде клиники в городе, где я смогу принимать своих больных, не сходя с места.

«И под усиленной охраной», – вот, что под этим подразумевалось. Как будто парочки угрюмых лбов, которые таскались за мной шаг в шаг, мне не хватало! Я иногда даже боялась, когда мы заходили в сарай с коровами да козами, что у тех молоко пропадет при виде таких ребят! Ладно. То я ворчала. А на деле мне было приятно от заботы Теодора.

Даже по уши в государственных делах он всегда заботился обо мне. Не было ни единого раза, когда бы мой король вернулся из поездки без подарка. И речь шла не о пустых побрякушках, лишь бы отдариться и забыть. Такое ощущение, что Теодор каждый раз нарочно искал красивые диковинки. Так что даже простой резной деревянный гребень для волос заставлял затаить дыхание от восторга перед умением мастера.

В последнее время же Теодор окружал меня такой заботой, что я боялась, что скоро он привяжет меня к кровати! И не для постельных игр. А чтобы не ходила лишний раз. К счастью, за меня вступился лекарь, сказав, что беременные – это не умирающие. А свежий воздух и теплое солнышко лучше ощущать напрямую, а не через открытое окошко. «Motus est vita!» – весело пискнула я с подушек, но мужчины не оценили то ли мою латынь, то ли мои порывы к движению, в котором жизнь, между прочим! В общем, не получилось повыделываться. Не то лекарь достался дремучий, не сдававший латынь нашему Петру Сергеевичу, не то муж строгий.