Книга Попаданка. Отвергнутая жена, страница 16 – Елена Белильщикова

— Я имею все права на эту женщину, – отрезал Филипп.

Он подошел совсем близко ко мне. Резко выкинул вперед руку, обхватил мою талию. И дернул на себя, буквально впечатывая меня в свое крепкое тело.

— Иди сюда, Элион, – его тон прозвучал жестко, будто Филипп не признавал никаких компромиссов.

Я вместо того, чтобы послушаться, уперла ладони в грудь Филиппа. И попыталась оттолкнуть его. У меня не получилось. Держал меня Филипп крепко.

— Я тебе не собачка, чтобы мне приказывать! Раз уж ты упорно считаешь, что у меня есть любовник, то может стоит его завести? – вспыхнула, как спичка, я и заерзала, пытаясь вырваться.

— Верно, – нехорошая улыбка Филиппа, скорее, напоминала оскал. – Ты моя жена. А значит, не имеешь права сбегать от меня, будто неразумное животное. Поучить тебя послушанию, Элион? Когда мы вернемся домой.

— Я не собираюсь возвращаться с тобой домой! Пусти меня! – мои щеки заалели от гневного румянца.

Я замахнулась пощечиной по Филиппу, совершенно забыв о его острых, как бритва, реакциях. Он перехватил мое запястье и стиснул в порыве гнева так сильно, что я охнула. На ресницах блеснули слезы. Уилл заметил это и побледнел от уже собственного гнева. Он схватил меня за плечи и потянул на себя. Его пальцы, будто железные канаты, впились в мои плечи так, что я едва сдержала стон. Да что эти мужчины творят?! Они меня на куски разорвут сейчас, будто я их добыча!

— Убери руки, – процедил он с ненавистью, продолжая сверлить Филиппа горящим взглядом. – А не то я их тебе сломаю.

Его угроза не возымела должного эффекта. Филипп слегка разжал хватку на моей талии и запястьях, будто пришел в себя. А потом откинул голову и неожиданно расхохотался.

— Убери своего любовника, Элион, – с нескрываемым презрением выплюнул Филипп мне в лицо. – А то еще проткнет меня… зубочисткой. Горя не оберешься.

У меня от ярости все поплыло перед глазами. Я подогнула пальцы так, словно это были когти хищной птицы, мечтая вцепиться в лицо Филиппу и изодрать его без жалости. Как он посмел обвинить меня в измене ни с чего! В памяти всплыл момент, как Филипп коснулся следа на шее, оставленного его же отцом. И как говорил про моего любовника. С горечью. С болью. С отвращением. Неужели Филипп и правда не доверял мне настолько, что… считал Уилла моим любовником?!

— Убирайся! – зарычал Уилл, наконец отрывая меня от Филиппа и ставя, как фарфоровую куклу, за свою спину, будто молчаливо оберегая от нападок мужа.

— Значит, все-таки выбрала его, Элион? – Филипп мягким кошачьим шагом обошел Уилла и снова оказался рядом со мной. Слишком… близко.

Мое сердце пропустило удар, когда я ощутила легкий аромат его парфюма. Аромат древесины и горечь полыни… На первый взгляд, невозможные сочетания. Такие же невозможные, как и сам Филипп?

— Нет, – тихо, с отчаянием выдохнула я, заглянув умоляюще в глаза Филиппу.

Мне хотелось шепнуть: «Не надо, не делай этого с нами! Поверь мне, пожалуйста, поверь!»

Но с моих губ не сорвалось ни звука. Горло будто перехватило. А Филипп ждал… Какого-то шага от меня? Уверения в том, что все это неправда?

Мгновение, другое – и он стиснул губы. Будто отсекая от себя все чувства. Отсекая меня? Хотя казалось, что и прежде его взгляд был закрыт и непроницаем. Но я слишком хорошо знала Филиппа. И прочитала сейчас в его глазах неизбывную тоску. Филипп… будто прощался со мной? Мне захотелось плакать. А он приподнял мой подбородок своими длинными сильными пальцами, легонько погладил по коже. Его губы изломала горькая улыбка, которую Филипп даже не попытался скрыть.