Книга Замуж за дракона. Невеста поневоле, страница 87 – Елена Белильщикова, Анна Витор

— Нет… нет…

Ингрид подошла вплотную. Прижимаясь всем телом, она прошипела на ухо, как змея:

— А ты будешь смотреть. У тебя же никогда не получается защитить то, что тебе дорого. Ни сестру, побывавшую в плену. Ни своих ненаглядных ангелов. Ни эту милую девочку…

Эрих зарычал от отчаяния, когда воины подошли ближе. Каждая мышца в теле напряглась до предела, но без толку. А они схватили Ксану… нет, уже не Ксану. В руках демонов извивалась Лори. Русые волосы растрепались, на щеках заблестели слезы.

— Нет! Пустите меня! Нет! – закричала она.

Один из демонов размахнулся, и Лори упала на землю, прижав ладонь к щеке. А они уже рванули платье. Простая серая ткань треснула… Эрих рванулся вперед, на этот раз сумев преодолеть магию.

— Нет! Не трогайте ее! – взревел он, выпуская драконьи когти.

Эрих набросился на демонов, как в горячем алом тумане. Уже не понимал, кого полоснул когтями, кого ударил магией, в кого вонзил меч… Только бы спасти Лори. Спасти свою истинную.

«А ты уверен, что именно это твоя истинная? – смех Ингрид раздался прямо в голове. – Посмотри внимательнее».

Эрих на секунду замешкался. Взгляд скользнул к Лори. На земле лежала уже Ксана, прижимая к груди разорванное платье. Но тут облик девушки-ангела зарябил, как воздух в жару. И снова появилась Лори. Лори или Ксана, Ксана или Лори… И не поймешь, истинная или нет, кто из них – та самая… Эрих тряхнул головой, пытаясь сбросить наваждение. Все равно ведь нужно спасать! Любую из них! Но секундное промедление стало фатальным.

Острая боль пронзила тело. Эрих упал на землю, пронзенный клинком демона. А очнулся уже на холодных мраморных плитах с раной в груди. По белому камню начала быстро растекаться кровь.

«Значит, я не справился», – глухо пронеслось в голове.

* * *

Я открыла глаза в незнакомой квартире. На продавленном диване, пружина которого немилосердно вдавливалась в спину. По потолку – без обоев, с простой побелкой – змеилась трещина. На стене висел ковер – из тех «бабушкиных», в которых обычно хранится пыль двух столетий.

Я села на диване, поднеся кончики пальцев к гудящей голове. Это место… я где-то видела его. Не в своей жизни.

«На фото. Из детства Димы, – с запозданием поняла я. – Квартира, где он вырос. Где пьяный отец избивал его каждую неделю, не веря, что мальчишка – его, родной, не нагулянный на стороне… И в итоге, превращал в такое же чудовище, как он сам. Звереющее от любой вспышки ревности».

Послышался детский плач. И злой окрик Димы.

Я взвилась, как распрямившаяся пружина. Голова немного закружилась, но я, спотыкаясь, бросилась в соседнюю комнату. Это оказалась кухня. Дима стоял посреди комнаты. Весь такой помятый, осунувшийся, с покрасневшими больными глазами. А в углу сжалась Ирма. Моя маленькая Ирма. Белокурый ангелочек. А сейчас обычная беззащитная крошка без крыльев, рыдающая и закрывающая лицо ладошками.

— Еще спорить со мной будешь?! Я тебя научу, как со взрослыми разговаривать! – заорал Дима, не замечая меня. – Еще неизвестно, от кого она тебя нагуляла и притащила домой! А я кормить должен? Маленькая неблагодарная дрянь!

Он замахнулся, но в этот момент я подскочила со спины. Вцепилась изо всех сил в его локоть, останавливая. Дима попытался оттолкнуть меня.

— Не смей ее трогать! – закричала я, бросаясь на него, как дикая кошка.