Книга Свекровь-попаданка. Врачебный кабинет в Гиблолесье, страница 23 – Елена Белильщикова

— Умудряются как-то, видимо! А ты меньше болтай да стой спокойно, посмотрим, не пытаешься ли ты что-то пронести!

Естественно, при мне не обнаружили даже оружие: нож отобрал Рудольф. Тот, кто меня обыскивал, ушел. А оставшийся стражник запихнул все вещи в сумку, не особо заботясь, помнутся они или нет.

— Держи. И это… видел я по бумагам, что ты не преступница.

— Жена надоевшая, – с грустной улыбкой пояснила я.

— И такое бывает, – стражник развел руками, мол, ничего не поделаешь. – По древнему закону можно отправить жену-изменницу в Гиблолесье на исправление. А уж была та измена или нет и будет ли ее кто забирать потом обратно – это остается делами семейными.

— Не изменяла я. Это мой муж другую нашел.

— Да то понятно, – он махнул рукой. – Развод так получить гораздо проще. Так что жди письма, что ты теперь женщина свободная. Быстро придет, вот увидишь. Ты это… держи, вот. Будет тебе помощь на первое время.

Стражник нырнул в небольшую каморку и принес оттуда небольшой мешочек с зерном, ломоть хлеба и немного сыра. Я взяла все это, аккуратно складывая в сумку. Не каждому по прибытии в Гиблолесье доставалась и такая малость!

— Спасибо. А где я буду жить?

— А где захочешь, – пожал плечами стражник. – По Гиблолесью передвижение полностью свободное.

По его словам я мрачно заключила мысленно: «Значит, жить мне негде».

Я поплелась по дороге, ведущей через лес. Он был густым, и даже сейчас, при свете дня, показалось, что наступили сумерки. Я поправила сумку на плече и, озираясь по сторонам, поежилась. На стволах деревьев то тут, то там виднелись следы когтей. Да с таким размахом, словно здесь на каждом шагу медведи бродили! Явно дело лап нечисти. Еще и в листве что-то подозрительно зашебуршало, сверкнуло на меня золотыми глазами. Ладно, списала бы на обычного зверька, не будь этих глаз сразу четыре, два над двумя. Я придержала подол платья от коряг, вылезающих из дороги, и поспешила вперед. Стражник сказал, что где-то впереди будет деревня.

Наверно, мне слишком давно не приходилось ходить пешком. Ведь я точно разучилась подбирать для этого обувь! Туфли довольно быстро натерли мне ноги. На пути мне попался обложенный камнем колодец. Я присела на его сырой, поросший мхом бортик и сбросила насолившую обувь, тихонько вздохнув.

Пить мне уже захотелось. Майя положила мне с собой несколько бутербродов, когда мы планировали побег. Но мысль о воде нам в голову не пришла. Мы же не подозревали, что дорога мне предстоит гораздо более долгая. Так что колодец пришелся очень кстати! Отдышавшись, я налегла на ручку. Заскрипело, пару раз заело, но потом она все-таки поддалась. Цепь начала наматываться виток за витком… И тут меня ждало разочарование. На конце никакого ведра не наблюдалось, только поржавевшее и развалившееся звено. А когда я заглянула внутрь, вниз, то поняла, что воды, похоже, там тоже не наблюдается.

Раздалось неторопливое постукивание копыт. Через лес ехала телега, запряженная старенькой, неохотно перебирающей копытами лошадью.

— Высох давно этот колодец! Неместная ты, что ли? – крикнул мне ее хозяин.

— Только приехала! – я развела руками.

— Есть кто тут у тебя? – без особой надежды поинтересовался он.

Я подобрала одной рукой сумку, другой – туфли и подошла поближе. Лошадь обрадовалась остановке и принялась объедать ближайший куст.