Книга Двое папочек для дочки, страница 29 – Елена Белильщикова

— Малыш, перестань. Я сейчас кое-что скажу, но ты не злись пожалуйста, а поверь мне. Ты себя не любишь, совсем, ни капельки. Но на самом деле ты достойна любви. У тебя извращенное восприятие этой ситуации. Это они предали меня, а не ты виновата. Ради тебя я буду драться, убивать. Мне не привыкать, слышишь? Ты достойна того, чтобы ради тебя умирали. Чтобы тебя защищали от всего враждебного мира, а не бросали на съедение чужим людям. Настоящие друзья никогда не обсуждали бы за спиной чужую девушку. А уж тем более невесту. Даже если бы считали, что ты не подходишь мне, они приняли бы мой выбор. Скажи, ты веришь мне? — Его голос был обманчиво мягок, но я уже знала, что за этой мягкостью прячется бескомпромиссность стали.

Я смогла только кивнуть и шмыгнуть носом. Дэм в очередной раз поразил меня эмоциональной хрустальной стрелой прямо в сердце.

Мне стало по — настоящему страшно, что же будет, если одна из его стрел однажды добьет меня. Потому что судьба мстит тем, кто любит слишком сильно, а раньше я никогда не позволяла себе влюбляться настолько…

* * *

За разговором мы с Дэмом преодолели почти половину пути до моего дома. Он держал меня за руку и рассказывал про то, что прошлая разработка компании «Технотек» — какая-то компьютерная игра заняла седьмое место на рынке игр в Европе и останавливаться на достигнутом они не намерены.

Я слушала и кивала, изредка запрокидывая голову, чтобы полюбоваться звездами на уже почти ночном небе. Я уже почти успокоилась. Легкий ветерок ерошил мои волосы, а вокруг царила такая тишина, если не считать голоса Дэма, что было даже немного страшно.

Мы проходили через почти безлюдные кварталы — тут стояли полуразрушенные частные дома, в которых уже давно никто не жил. Вообще, мы частенько тут гуляли, но в основном при свете дня, а сейчас эти каменные коробки с выпавшими глазницами окон выглядели слегка устрашающе.

Где-то вдалеке залаяла собака, и мне стало чуточку спокойнее. Смешно, но такая тишина вокруг меня пугала, и только тепло человеческого тела, руки Дэма, что успокаивающе сжимала мою руку, не давало мне впасть в панику. А может это заработала интуиция? Только я в очередной раз ее не послушала. Снова лай собаки, только уже ближе. Или это уже другой пес?

Дэм остановился на месте, чтобы затянуть развязавшийся шнурок на кроссовке. А я пошла вперед, зная что он сейчас догонит меня. И вдруг услышала шум покрышек чужого авто. В лицо мне ударил ослепительно белый свет фар.

Я оцепенела, как заяц на трассе, не в силах сдвинуться с места. На меня ехал автомобиль, именно на меня, не вбок, не в сторону, водитель и не пытался свернуть. Обыкновенная черная иномарка. Она оказалась слишком близко, и время вдруг изменило свой ход, каждая секунда растянулась в вечности, потекла, словно масло по теплому металлу, медленно, обволакивая. Я не успела отпрыгнуть, стоя, как живая мишень, вглядываясь в лобовое стекло и видя непокорную белую завитую прядь, упавшую на лоб и безумные девичьи глаза.

— Вероника! — Вскрикнула я, но мне никто не ответил. И я зажмурилась от ужаса, ожидая толчка капота авто. Мне повезло. Не одна я услышала шум покрышек. Инстинкт самосохранения иногда работает так странно — не у жертвы, а у спасителя. Все, что я ощутила, это очень сильный удар вбок, и как тело обжег гравий дорожки. Я покатилась кубарем, в обнимку с Дэмом, а машина, тем временем, даже не скрипнув тормозами, пронеслась мимо нас.