Книга Двое папочек для дочки, страница 3 – Елена Белильщикова

— Что? Что такое? — Я подпрыгиваю от нетерпения, пытаясь заглянуть через плечо Дэма, но его двухметровый рост и медвежьи габариты не дают мне сделать этого. А Дэм, стоит, как вкопанный, не сводя глаз со смартфона, который продолжает звонить. Я вижу лицо Дэма, на нем написан суеверный ужас.

«Кому может прийти в голову звонить мне посреди ночи?» — Мелькает шальная мысль в голове и пропадает из виду, когда я все-таки опускаю глаза на экран смартфона. Мое дыхание резко перехватывает, будто кто-то отключил кислород. На экране телефона написан до боли знакомый номер с привычным именем: «Лекс»…

Три года назад…

Дэм и Элли. Первая встреча…

В горах снежная лавина — самое опасное природное явление…

Я со стуком захлопнула брошюру в шикарном кожаном переплете, которую мне принес услужливый портье, и принялась раскачиваться взад-вперёд на плетеном кресле яйце, что было закреплено в конце гостиной. Там было еще много текста про то, как вести себя в лавину, но зачем мне читать все эти скучные правила?

Наша семья приехала на фешенебельный горнолыжный курорт «Ленцерхайде» в самый сезон — в декабре месяце, и гостиница была забита отдыхающими под завязку. Такой подарок мне сделали родители перед днем рождения. Мне «повезло» родиться в первый день января, сразу после Нового Года. Сколько себя помню, всегда ненавидела свой день рождения, еще с детства. Когда я выросла, стало еще хуже. Друзья, празднующие новогоднюю ночь, обычно не доходили до меня. Чаще всего я праздновала свой день в гордом одиночестве и с тремя кошками подруги, которая уезжала на новогодние каникулы к бабушке в Европу.

Когда я поступила в медицинский институт, день рождения у меня начал стойко ассоциироваться не с праздником, а с почти круглосуточным чтением учебников и мандражом перед экзаменами. Поэтому мои родители, узнав, что всю неделю перед Новым годом я спала по три часа, решили вопрос кардинально. И принесли мне билеты на самолет.

— Дочка, тебе вот-вот стукнет двадцать один. Умные люди считают, что это рубеж. Что в двадцать один год человек становится полностью взрослым и отвественным за свои поступки… — Я бросила в отца подушку, прервав его пафосную речь.

— Другими словами, ты хочешь сказать, что через неделю я смогу пить спиртное и не прятаться от тебя по углам?

— Да сейчас! — Мгновенно отреагировал отец, нахмурившись. — Не выдумывай! Никакого спиртного! — Я долго смеялась, глядя на вытянувшееся лицо папы. Он попытался обидеться, но быстро остыл и протянул мне билеты на самолет. И показал планшет с яркими фотками курорта «Ленцерхайде». Я покрутила носом, думая о пропущенном зачете по анатомии. Но перспектива отдохнуть, развеяться, еще и научиться кататься на лыжах перевесила. И я, обняв папу, умчалась в свою комнату собирать чемоданы.

На курорт мы приехали только вчера и у меня дико разболелась голова, так что я закрылась в номере и проспала не меньше двенадцати часов. А сегодня, проснувшись, готовилась к подвигам по покорению заснеженных швейцарских склонов. И на тебе! Как назло, передо мной нарисовался портье. Вот он, стоит и мнется, требуя дочитать брошюру.

— Пожалуйста, прочитайте до конца брошюру, руководство нашего отеля обязало персонал предупредить о возможной опасности и проконтролировать изучение данного… — Портье начал уговаривать, и я зевнула. Не специально, просто так получилось.