Книга Пленница Лютого Альфы, страница 98 – Светлана Ворон

— Что — где? — подтягиваю к себе колени и кутаюсь в покрывало. Не понимаю, чего она хочет-то.

— Лютый~

Нахуй этих девственниц. Связался на свою голову, блядь. И так с ней, и эдак, а ей всё не заходит.

И чё зверь в ней видит, я не понимаю. Ни рожи, ни кожи, зато дохуя требований. Не сегодня, не здесь, не так. Не целуй, не трогай. Не дыши, бляха! Как земля такого как я носит, да?

Но волк от неё прётся, это факт. Голова левым дерьмом забита, но стоит представить её тоненькую, хрупкую фигуру — и всё. Хуй колом стоит.

Яростно дрочу, чтобы этой дуре, блядь, не так страшно было. Мне ебаться хочется, а не изображать из себя джентльмена. Ну, не романтик я от слова совсем.

Я могу выебать до кровавых соплей. Или въебать на ринге до нокаута.

Но не умею я, бляха, общаться с тургеневскими барышнями.

И чем больше косячу, чем сильнее хочу на хуй насадить эту выёбистую звезду. Прямо заводит меня, что не получается. Сучка делает себе же хуже, когда выёбывается. Волк тащится от охоты на сложную дичь.

Кончаю на кафель без всякого кайфа. Хочу в звезду спустить. До самой матки её натянуть и накачать первоклассной спермой.

Да только нихуя не светит мне такого счастья. Тут либо в резине, либо в пустоту. Ёбаные запреты на поукровок.

Похоть не ослабевает, и я надрачиваю опять, чтобы на Карине не сорваться. Как бы ни злила меня эта недотрога, я не хочу реально её сломать.

Нет, блядь. Пытаюсь, чтобы ей было хорошо. А она «не надо этого вот, не сегодня»!

Такой кайф себе обломала! Ведь завелась же, я сладкие соки её вылизывал. Потекла!

И снова шарманку свою включила перепуганным голосом: «пожалуйста, не сегодня».

Пиздец, как меня бесит вся эта ситуация. Марго с её вечными претензиями. Её мамаша, которая уже выехала сюда.

Испорченная брачная ночь тоже злит. Не думаю, что в мотеле было бы проще. А ехать обратно в клуб, так звезда уснёт. И ждать опять дохуя придётся, когда наедине останемся.

Не могу больше ждать. Хочу здесь и сейчас. Достало.

Кончаю в третий раз, когда сквозь шум воды слышу бабий трёп. Сначала думаю, Каринка по телефону с кем-то базарит. Но тут узнаю голос Марго, и меня в момент выносит из ванной.

Что эта стерва забыла в нашей спальне?!

Сейчас окончательно поломает нам кайф.

На бёдра полотенце набрасываю. Застаю самый, блядь, разгар спора.

— Ты хочешь сказать, он кончил в тебя?! — нависает Марго над моей звездой со сжатыми кулаками.

Надо отдать должное Карине, она хоть и таращится в ужасе на ненормальную бабищу, но сама тоже с зубами.

— Не ваше дело!

Лицо пунцовое, в покрывало укуталась, но смотрит исподлобья на Марго и с вызовом шипит.

— Какого хуя! — рычу я толстозадой стерве в спину и за волосы оттаскиваю от своей жены.

— Ой, Гришенька, ты чего! — тут же верещит сучка и на пол валится, словно это я её так сильно толкнул.

Красиво падает, с ускорением. Распластывается и смотрит снизу испуганно, словно я тварь последняя, а она — жертва абьюза.

Ну, артистка! Показательное выступление решила инсценировать.

И ведь хорошо получается. Я теперь в глазах Карины — монстр, который женщин бьёт.

Плохая была идея — заночевать в одном доме с этой сукой. Ведь знал же, что подлянку придумает.

— Я просто предупредить её хотела, что нельзя от тебя беременеть. Ты же сказал своей жене, что с вашими детьми сделают? Смотрю — а презервативов-то у вас и нет. Ты о чём думал, Гришенька? Не подготовился совсем?