Книга Наследник иллюзий, страница 207 – Мэделин Тейлор

Заслышав позади шаги, я резко поворачиваюсь, чтобы нанести удар, но при виде знакомого лица замираю. Когда я вглядываюсь в его черты, сквозь затянувший сознание смертоносный туман пробивается воспоминание. Грезотворец, которого я видела возле его лавки в Садовии, сейчас выглядит страшно изможденным. Его всклокоченные каштановые волосы перепачканы кровью, а взгляд полон ненависти.

К несчастью, колебание дорого мне обходится. Грезотворец протягивает руки, обхватывает мою голову и крепко сжимает ее, вливая в меня свою магию. Внезапно звуки битвы стихают, реальность ускользает прочь, и я теряюсь в его иллюзии.

Очнувшись, я обнаруживаю, что лежу на пледе для пикника, расстеленном в поле неподалеку от поместья Померой. Лучи послеполуденного солнца ласково касаются кожи, одаривая теплом.

— Айви, – раздается женский голос, – ты здесь!

Я сажусь и смотрю, как ко мне прямо по траве бежит моя бывшая гувернантка Клара в развевающемся платье цвета шалфея. За ней по пятам следует Беллами, нежно держа ее за руку.

— Мы ждали целую вечность, – говорит он с широкой улыбкой на лице.

В недоумении нахмурившись, я наблюдаю за их приближением.

— Ждали чего?

Клара с мягкой улыбкой склоняет набок голову.

— Тебя, глупышка.

Откуда-то издалека доносятся крики. Я вскакиваю на ноги и осматриваюсь, но на окружающем нас поле все спокойно. Я уже хочу спросить, что мы здесь делаем, но тут раздается еще один голос:

— А вот и моя девочка!

Словно из ниоткуда появляется лорд Померой и заключает меня в крепкие объятия. Он поглаживает рукой по моим волосам, будто я ему дорога.

— Мы скучали по тебе, дочка, – шепчет он мне на ухо и отстраняется.

Я отстраняюсь, и мои глаза вспыхивают.

— Что происходит?

Вся эта сцена кажется идеальной, однако ползущие по коже мурашки подсказывают, что происходит что-что очень, очень неправильное. Меня не должно здесь быть.

— О чем ты? – спрашивает Бел с беспокойством в голосе. – С тобой все хорошо, Айви?

— Может, приляжешь? – Клара обнимает меня за плечи, и знакомый запах окутывает меня, снова затуманивая разум. – А я расскажу тебе сказку. Из тех, что ты всегда любила.

Мне уже хочется согласиться, но тут снова слышу крик, на этот раз ближе:

– Айверсон!

Я осматриваюсь в поисках того, кто звал меня по имени.

— Вы это слышали?

— Не обращай внимания, – отмахивается отец. – Лучше сядь и поешь ягод.

— Я утром нарвал их в саду, – добавляет Бел, отправляя в рот что-то синее. – Чтобы сегодняшний день стал для тебя особенным.

Причин возражать я не нахожу, поэтому молча плетусь к фланелевому пледу, но всего в шаге от него Клара преграждает мне путь. Я поднимаю взгляд и при виде ее лица в ужасе отшатываюсь.

И куда делось ее нежное выражение? Ее глаза неестественно выпучены, а из-под радужек вырывается белый свет, похожий на лунный. Он словно исходит откуда-то изнутри и миг спустя окутывает уже все ее тело.

— Очнись, Айви, – произносит она необычно низким голосом. – Тебе нужно…

Слова обрываются, когда острое лезвие вонзается ей в лоб. Я кричу, глядя, как ее лицо внезапно искажается, а окружающий нас мир постепенно тает, сменяясь хаосом. Дым щекочет горло. Со всех сторон доносится лязг оружия, пока перед ветхим серым домом сражается толпа людей.

Вместо Клары передо мной стоит мужчина с пронзенной мечом головой. Тот самый грезотворец. Кто-то выдергивает клинок, и тело иллюзиониста безжизненно падает на землю.